| ||
Тема: Фашизм в наши дни
[QUOTE=malyshev;41418804]Юща свидомые считали лучшим экономистом мира!Куда там смитам,марксам и леонтьевым! Так считали они,пока В.А.Ю. на деле оказался просто сельским дураком,которого поставил у руля умный и дальновидный дядя Сэм! Дурак развалит страну гораздо эффективнее,чем атомная бомба.Также спровоцировали нью-голодомор из 7млн. граждан нэзалэжнои Неньки! И кому на хрен нужна эта система,работающая против своих граждан![/QUOTE]
это ты сечас чего? - на Харанта бочку покатил? - ты на кого батон крошишь? - да он Кирпе за меньшее зубы выбивал...
не вопрос - вопрос в методах - и коль скоро так дружно клянем фашисткую Германию - давай посмотрим на действия советского "солдата-освободителя"
«Все мы знали, что немецких девушек можно насиловать и убивать»
Александр Солженицын
«Перед вступлением на немецкую землю офицеры дали нам инструкции, согласно которым имущество немецкого гражданского населения можно не уважать, а с населением можно обращаться как с дичью. Женщин можно насиловать».
«Две недели назад командир взвода сказал нам, что солдаты после вступления на немецкую землю могут открыто грабить и мародёрствовать».
«Раньше брать трофеи было запрещено, но сейчас, на немецкой земле, это уже не карается. Каждый может брать столько, сколько сможет унести».
«Командир роты и командир взвода сказали, что на немецкой территории они могут безнаказанно грабить и посягать на немецких женщин».
...Вот как описывает Гастингс события происходившые в Восточной Пруссии:
В одну из самых холодных зим двадцатого столетия сотни тысяч мирных жителей (немногие счастливчики – на телегах, а большинство пешком ) устремились на запад по узкому коридору заснеженной равнины между сжимающимися клещами советского наступления. Только одно имело значение – спастись от русских. Дороги были забиты живыми, а обочины – трупами. Мертвые младенцы лежали прямо на снегу. Некоторые беженцы, придя в ужас от этого смертоносного хаоса, поворачивали домой, говоря: «Может быть, русские не так страшны, как говорят».
...В порту Гдыня, недалеко от Данцига, встал под погрузку старый корабль «Вильгельм Густлов» [на самом деле «Густлов» был спущен на воду в 1937 г. – прим. перев.] – до войны он был круизным лайнером. В мирное время корабль брал на борт 1900 пассажиров и членов экипажа. Но в тот день в списке пассажиров значилось более 6000 душ – в том числе раненые из военных госпиталей с ампутированными конечностями и беременные женщины, для которых на прогулочной палубе было оборудовано родильное отделение.
Позднее, когда «Густлов» уже отошел от пирса, его окружила целая флотилия лодок, набитых беженцами, умолявшими, чтобы их взяли на борт – женщины поднимали на руки детей. Сжалившись, команда спустила с бортов погрузочные сети. Как считается, по ним на корабль взобрались еще 2000 человек. Те, кому это удалось, испытали огромное облегчение – но, увы, они были обречены. Покинув гавань, старый перегруженный «Густлов» медленно преодолевал штормовые воды, раскачиваясь на резкой балтийской волне.
Он стал легкой мишенью для советского капитана-подводника Александра Маринеско, перехватившего лайнер и выпустившего по нему в упор торпеды, как обычно, украшенные лозунгами: «За Родину!», «За Сталинград!», «За советский народ!».
Раздались три оглушительных взрыва, «Вильгельм Густлов» сильно накренился и через 70 минут затонул. Жертвами этой катастрофы – крупнейшей в истории мореплавания, затмившей гибель «Титаника» или «Лузитании» – стали 7000 человек.
... А вот что пишет газета «Daily Mail», Великобритания, 20 октября 2004 о том как красная армия захватила Кенинсберг:
Когда красноармейцы в конце концов овладели городом, они перебили тысячи жителей. Женщин насиловали прямо в родильных отделениях больниц. Один врач вспоминает их отчаянные крики «Пристрелите меня!», «Пристрелите меня!», но мучители выбирали для своих жертв медленную смерть.
Михаэль Вик (Michael Wieck) – один из тех, кто выжил в этой бойне – рассказывает: «Каждого встреченного мужчину они убивали, а каждую женщину – насиловали. В ночи отовсюду слышались крики и мольбы о помощи. Они запирали людей в подвалах и поджигали дома. Они сгоняли мирных жителей на бывшие поля сражений в окрестностях города, и там расстреливали или сжигали». От еврея Вика не укрылся и мрачный парадокс ситуации: «Сначала нас пытались уничтожить Гитлер и нацисты, теперь этим занялись русские».
Кровавая зима Восточной Пруссии – один из самых страшных эпизодов второй мировой войны. Немцы по сей день испытывают ярость от того, что мир так мало о ней знает. Одна женщина из Восточной Пруссии сказала мне: «Это был наш Холокост, но всем на это наплевать».
...Сталинским солдатам рекомендовали вести «реестры возмездия», записывая данные о вымышленных «немецких зверствах» и фиксируя личный вклад в «сведение счетов» с врагом. Политруки в тех же целях проводили «митинги возмездия», призывая советских солдат к убийствам и мародёрству.
Когда эта «жаждущая отмщения» орда вошла в Германию, она представляла собой грозное зрелище. Сталина совершенно не волновало, сколько людей погибнет, обеспечивая ему победу, и успешные атаки его пехоты и танков основывались скорее на самопожертвовании солдат (которых перед этим, как правило, спаивали водкой), нежели на хитроумной тактике или предусмотрительности.
...После подписания немецким командованием капитуляции страдания мирных жителей не закончились. Последовала невиданная этническая чистка немецкого населения, проживавшего на восточных территориях Германии. Как пишет историк Ингомар Пуст в своей книге «Крики из ада. Трагическая судьба судетских немцев» (Ingomar Pust, «Schreie aus der H?lle ungeh?rt. Das totgeschwiegene Drama der Sudetendeutschen», 1998), в 1945-1946 годах под присмотром Красной Армии и с одобрения США и Великобритании было выселено: 2,3 млн. немцев — из Восточной Пруссии, 0,6 млн. — из Данцига, 3,1 млн. — из Нижней Силезии, 3,4 млн. — из Верхней Силезии, 0,9 млн. — из Бранденбурга, 1 млн. — из Померании, 0,3 млн. — из Западной Пруссии, 1 млн. — из Познани и 1 млн. — из Вартегау, что составляет 13,6 млн. человек. Сюда следует добавить 3 млн. судетских немцев и 1,5 млн. немцев из Венгрии, Югославии и Румынии. В общей сложности со своих земель было изгнано свыше 18 миллионов немцев. 2,5 миллиона из них погибло в процессе изгнания.
попробуй почитать
http://vitrenko.io.ua/s389606/zverstva_osvoboditeley._zverstva_sovetskoy_armii_v _evrope
и Википедию как то тяжело заподозрить в любви к фашизму:
Несмотря на то что действовавшая на тот момент Гаагская конвенция 1907 года прямо запрещала отчуждение собственности гражданского населения (ст. 46), а также отрицала принцип коллективной ответственности (ст. 50), почти полтора десятка миллионов немцев, преимущественно женщин, стариков и детей, в течение трех лет были изгнаны из родных мест, а их собственность — разграблена[нужна атрибуция мнения].
Изгнание немцев из Восточной Европы сопровождалось масштабнейшим организованным насилием, включая конфискацию имущества, помещение в концентрационные лагеря и депортацию — даже несмотря на то, что уже в августе 1945 года статут международного военного трибунала в Нюрнберге признал депортацию народов преступлением против человечества[нужна атрибуция мнения].
В отличие от армий других стран, вопрос сексуального обеспечения в Советской Армии по идеологическим соображениям организационно никак не решался, в то время как солдаты Германии имели возможность посещать специально созданные на оккупированной земле бордели, персонал которых формировался из населения на местах.[24]
Некоторой отдушиной для советского солдата были дни, когда часть отзывалась с фронта на переформирование, где опять же решение проблемы было поставлено на самотёк. Отпуск военнослужащего с фронта не был массовым явлением и длился недолго. Медико-санитарные части и подразделения связи со значительным процентом женского персонала по своей численности намного отставали от численности боевых подразделений. Приезжающие на фронт ансамбли песни и пляски с обязательным участием в них женского контингента далеко не всегда, особенно в дни тяжёлых боёв, добирались до передовой и потому не полностью обеспечивали потребности даже тыловых служб.
Ко всему этому фронтовик был вынужден жить лишь сегодняшним днём, поскольку огромные потери во время боёв, особенно возросшие при вступлении на территорию Германии, давали ему мало шансов остаться живым на следующий день.
Ожесточение солдат поддерживали и факты участия гражданского населения, взявшегося за оружие и глубоко убеждённого в отсутствии альтернативы своей гибели.
Проповеди ненависти Ильи Эренбурга, уже принёсшие свои плоды на Востоке, план Моргентау, то есть план предполагаемой территориальной «кастрации» Германии, и требование безоговорочной капитуляции пресекли всякие попытки немцев как-то договориться и придали сопротивлению очень острый и ожесточённый характер не только в Европе, но и всём мире. Подавляющее большинство немцев не видело для себя иного выхода, кроме борьбы. Даже явные противники нацистского режима становились теперь отчаянными защитниками своей родины[25]
С точки зрения хорошо изучившего Россию за время боёв противника:
Никогда нельзя сказать, что предпримет русский: как правило он шарахается из одной крайности в другую…Его индивидуальность непрочна, он легко растворяется в массе…В толпе он полон ненависти и необычайно жесток. Один — бывает дружески настроен и великодушен.[26]
Лев Копелев впоследствии так описывал свое потрясение от происходящего в Восточной Пруссии и свои мысли в те дни:
Почему среди наших солдат оказалось столько бандитов, которые скопом насиловали женщин, девочек, распластанных на снегу, в подворотнях, убивали безоружных, крушили все, что могли, гадили, жгли. И разрушали бессмысленно, лишь бы разрушить[27]
В пригороде Кёнигсберга Метгетен (Metgethen), занятого Красной армией 29 января 1945 г., и затем на время отбитого немецкими войсками, ординарец Карл Август Кнорр (Karl August Knorr) увидел на площади растерзанные тела двух девушек в возрасте не старше 20 лет, которые, судя по всему, были привязаны ногами к двум танкам и разорваны пополам. А неподалеку был найден дом, из которого вывезены около 70 женщин, половина из которых сошла с ума, поскольку, каждую из них насиловали в течение дня около 70 раз. И в этом же пригороде капитан Вермахта Герман Зоммер (Hermann Sommer) позади одного из домов нашёл трупы раздетых женщин и детей. Головы детей были раздроблены тяжелым предметом, а самые маленькие были заколоты штыками[28]
Вот, хоть убейте, не понимаю... после всего того, что творили у нас немцы - как можно упрекать советских солдат за то, что они не вели себя в Германии, как воспитательницы детского сада...
Я уже не говорю о том, что насилие по отношению к местному населению расматривалось военными властями, как воинское преступление и беспощадно каралось...
Социальные закладки