Фильм кончился, и мы пошли
выступать. По дороге я шепнул
Гале, чтобы на сцене рот не
открывала. Народу в зале было
много, в основном французы. Но
были и наши эмигранты последней
волны - те, которые попали во
время войны в плен и боялись
вернуться. Начались вопросы.
Трудные: правду говорить нельзя, а
нагло врать стыдно. Отвечал я.
Изворачивался, как мог... Очень
устал, будто вагон угля разгрузил...
Но на один вопрос пришлось
отвечать и Гале. Из зала спросили,
какая у советской звезды квартира.
У Гали была двенадцатиметровая
комната в коммуналке, где они
жили вчетвером: Галя, ее муж,
дочка и Галина мама. А Гале
обещали дать к Новому году
комнату 20 метров. И она выдала
мечту за действительность и
сказала:
- Двадцать пять квадратных метров!
Переводчица не знала, что такое
'квадратные метры', и перевела:
- Двадцать пять комнат.
В зале возмущенно загудели. Наши
эмигранты - потому, что поняли,
что француженка неправильно
перевела, а французы - потому, что
удивились. Какой-то господин
крикнул, что разочаровался в
социализме: таких апартаментов
даже у французских 'звезд' нет...
Потом я проинструктировал Галю:
квартира у нее трехкомнатная,
получает она шесть тысяч франков
в месяц... И пшеничной муки для
пирожков в Москве в магазинах
навалом.
Социальные закладки