стоит ещё раз показать по датам то, как приводились в боевую готовность западные округа, что делалось в последние дни перед 22 июня. Используем частично статью А. Саввина из газеты МО РФ «Красная звезда», №№ 205 от 12.11 08 г., 210 от 19.11 08 г., 215 от 26.11.08 г., 220 от 3.12.08 г.:
«…10 июня, за 12 дней до войны, было подписано распоряжение главнокомандующего сухопутными войсками Германии о назначении срока начала наступления на Советский Союз, в котором впервые немецкое руководство письменно фиксирует конкретную дату нападения на СССР (дата 22 июня была впервые названа в ставке Гитлера на совещании у начальника отдела обороны страны штаба Верховного командования вермахта 1 мая 1941 года): «1. Днем «Д» операции «Барбаросса» предлагается считать 22 июня. 2. В случае переноса этого срока соответствующее решение будет принято не позднее18 июня. 3. В 13.00 21 июня в войска будет передан один из двух следующих сигналов: а) сигнал «Дортмунд». Он означает, что наступление, как и запланировано, начнется 22 июня и что можно приступать к открытому выполнению приказов; б) сигнал «Альтона». Он означает, что наступление переносится на другой срок...»
( 11 июня 1941 года в кабинете Сталина в Кремле были Тимошенко, Жуков, Кузнецов. Все трое зашли в 21.55 и вышли через час, в 22.55. Затем начальник Генерального штаба Жуков ещё раз зашел в кабинет Сталина через 10 минут, в 23.05 и пробыл там до 00.25, ровно 1 час 20 минут. После 23.00 там же были Маленков, Шахурин (нарком авиапрома), Жигарев (командующий ВВС), Петров, Микоян (конструктор самолетов). В следующий раз Тимошенко и Жуков были в Кремле аж 18 июня и в этот день пробыли у Сталина целых 4 часа! – К.О.Ю.)
12 июня в адрес командующих войсковыми группировками вермахта, сосредоточенными на границе с СССР, уходит шифротелеграмма, в которой доводится содержание распоряжения главнокомандующего сухопутными войсками Германии от 10 июня о назначении срока начала наступления на 22 июня. Она перехватывается и расшифровывается английской службой радиоперехвата, и через несколько дней Сталин узнает о ее содержании из донесения по линии «кембриджской пятерки». (!!!!! – К.О.Ю.)
В тот же день, 12 июня, Сталин разрешил дополнительное выдвижение значительного число соединений сухопутных войск ближе к государственной границе. Решение было оформлено директивой за подписью наркома обороны Тимошенко и начальника Генштаба Жукова.
( Кстати, А. Саввин не о Директивах от 12-13 июня говорит, которые тут рассматривались подробно. Имеется в виду общаяДиректива НКО и ГШ от 12 июня о начале выдвижения войск из глубины обороны в сторону границы «Для повышения боевой готовности». После которой в округа оправляли свои директивы «Для повышения б.г….» в которых давались более конкретные указания по выдвижению окружных корпусов в места их конкретной дислокации и определялись сроки исполнения этих выдвижений.
Однако Сталин получал информацию и от других разведслужб СССР, или информация из Лондона от К. Филби и его «пятерки» легла на стол Сталина в тот же день, 12 июня. Поэтому 13 июня Тимошенко и Жуков и подписали по команде Сталина эти Директивы о введении в действие планов прикрытия («Для повышения боевой готовности войск округа …») для западных округов. Опубликованы частично эти Директивы были в сборнике Яковлева в 1998 году для того же КОВО и ЗапОВО – К.О.Ю.)
13 июня разведка погранвойск зафиксировала начало выдвижения германских войск на исходные для наступления позиции, но в тот же день выдвижение было приостановлено. Некоторые исследователи связывают это с тем, что, возможно, Гитлер еще не получил от англичан неких гарантий.
(Вполне возможно, что Гитлер, также имеющий своих агентов в Москве, узнал о подписанных Директивах НКО и ГШ о выдвижении частей западных округов к границе в районы сосредоточения. И поэтому и дал команду остановить движение! Он же не самоубийца был и никогда не нападал, если не был уверен в успехе!!! Однако через того же Канариса (старого «друга Англии») он мог получить «гарантии», что данные директивы будут просаботированы Павловыми и значит шанс на успех для реализации «Варианта Барбаросса» есть. Напомню, в «Барбароссе» сказано что: « 1. Общий замысел. Основные силы русских сухопутных войск, находящихся в Западной России, должны быть уничтожены в смелых операциях посредством глубокого, быстрого выдвижения танковых клиньев. Отступление боеспособных войск противника на широкие просторы русской территории должно быть предотвращено…».
Но вот добиться выполнения этого замысла Гитлер мог, рассчитывая (далее по тексту) на «Только неожиданно быстрый развал русского сопротивления», который «мог бы обеспечить постановку и выполнение этих обеих задач одновременно». Речь идет о задачах по нанесению двух ударов – по Украине, и «двойного» удара по Белоруссии и Прибалтике.А при примерно равных силах Германских и Советских войск на западных границах, быстрая победа Германии и «неожиданно быстрый развал русского сопротивления» был возможен только в одном случае – в случае откровенного предательства командования РККА (как минимум) западных округов. Или хотя бы одного из этих округов, находящегося в «Западной России».
Сталин 13 июня дает команду-разрешение Тимошенко и Жукову подписать Директивы на приведении частей западных округов в «повышенную боевую готовность». Произошло это, скорее всего до обеда и по телефону, т.к. ни Тимошенко, ни Жуков в этот день в Кремле не были. Сами директивы для западных округов отработанны были, скорее всего, ещё раньше, заранее. Но отправку их в западные округа Сталин дает команду придержать. В течении дня 13 июня Сталин готовит знаменитое «Сообщение ТАСС», которое выходит в радиоэфир на весь мир вечером 13 июня. А Гитлер, получив после 13 июня от Канариса и его разведки «гарантии на успех», продолжил выдвижение Вермахта к границе с СССР. Сталин же 14 июня, не дождавшись «ответа» от Гитлера на «Сообщение ТАСС» (и также наверняка получив от разведки пограничников – Берии, данные о возобновлении движения немецких войск к нашей границе), дает команду Тимошенко и Жукову отправлять в западные округа уже пописанные Директивы НКО и ГШ от 13 июня о повышении боевой готовности. – К.О.Ю.)
13 июня Сталин распорядился распространить сообщение информационного агентства ТАСС, которое было оглашено в радиопередаче на заграницу в 18.00, а на следующий день (14 июня) опубликовано в советской печати. В сообщении, предназначенном не столько для своего населения, сколько для официального Берлина, опровергались слухи о «близости войны между СССР и Германией» и сосредоточении войск по обе стороны советско-германской границы. Утверждалось, что «происходящая в последнее время переброска германских войск, освободившихся от операций на Балканах, в восточные и северо-восточные районы Германии связана, надо полагать, с другими мотивами, не имеющими касательства к советско-германским отношениям»….» (А. Саввин.)
Таким образом, глава правительства СССР Сталин, получив 12-13 июня (а возможно, что и ещё раньше) сообщения от разведки о начале реализации «Варианта Барбаросса» и точную дату нападения – 22 июня, дал команду своим подчиненным наркому обороны Тимошенко и начальнику Генштаба Жукову на приведение войск западных округов в боевую готовность «повышенную». Соответствующие Директивы от 13 июня поступили в западные округа 14-15 июня, после того как Гитлер никак не отреагировал на дипломатический ход Советской стороны, Сталина – «Сообщение ТАСС» от 13-14 июня. Этим «Сообщением» Сталин провоцировал Гитлера на ответ по поводу накопления немецких войск у границы с СССР. А также доводил до Гитлера и «мировой общественности», что слухи, исходящие от англичан о скором нападении Гитлера на СССР не более чем слухи и провокации (а именно английская пресса в эти дни активно вопила о скорой Войне между СССР и Германией, что Германия собирается напасть в ближайшие дни на СССР). Этим «Сообщением ТАСС» «опровергались слухи» направленные на «разжигание мировой войны» и войны между СССР и Германией, имеющих Договоры «О ненападении» и «О дружбе и границах». Которые ни Сталин, ни Гитлер «не намерены нарушать».
Согласно международного «этикета» Гитлер обязан был также рассыпаться в любезностях перед Сталиным и заверить, что никаких коварных планов в отношении СССР не строит и нападать вовсе не собирается. Однако Гитлер ушел в глухое молчание, ответа от немецкой стороны не последовало, а накопление немецких войск после 14 июня на границе усилилось.
17 июня из Берлина поступило срочное сообщение от военно-морского атташе СССР, капитана 1-го ранга Воронцова о том, что нападение Германии на СССР произойдет 22 июня в 3.30 утра!!! 17 июня, вечером, в Кремле у Сталина был командующий ВВС Жигарев – с 00.45 до 1.50. И днем 18 июня был проведен облет самолетом-разведчиком У-2 границы в Белоруссии, в полосе ЗапОВО (об этих важных событиях пишет в своих исследованиях военный историк А. Мартиросян).Возможно, облеты проводились и в соседних округах, но для этого надо изучить дополнительно тонны мемуаров от выживших командиров, встретивших войну в соседних округах. А 18-го же июня, по итогам облета и авиаразведки, подтвердившей, что немецкие войска изготовились для нападения на СССР, в западные округа пошла телеграмма Генштаба о приведении в «повышенную боевую готовность» всех оставшихся частей этих округов и об отводе приграничных частей от границы! Также согласно этой последней телеграмме-приказе из ГШ (в череде мероприятий последней недели по повышению боевой готовности войск западных округов) о приведении в повышенную боевую готовность, командование западных округов обязано было вернуть в расположения все находящиеся вне своих расположений части. И уж тем более вывести из того же Бреста три дивизии, две стрелковые и одну танковую, на рубежи обороны вокруг города. Ведь телеграммой ГШ от 18 июняМосква требовала отвести приграничные части от границы на свои рубежи обороны. И срок устанавливался на исполнение этого приказа вполне четкий – к 24.00 21 июня!!!
Окончательно подытоживая все выше сказанное в предыдущих главах о боевой готовности и о том, как Москва приводила войска западных округов в боевую готовность, можно увидеть, что приведение частей этих округов в боевую готовность проводилось в несколько этапов и несколькими командами (условно).
Первый этап – это проведение под видом «учебных сборов» в мае-июне 1941 года фактической «скрытой мобилизации» в западных и даже во внутренних округах. При этом те же механизированные корпуса уже имели весной 41-го практически полный штат по личному составу. И доукомплектование приписным составом во время этих «учебных сборов» шло в основном стрелковых дивизий и корпусов Красной армии.
Второй этап – «Директивы от 13 июня» поступившие в округа 14-15 июня. По этим директивам в западных округах должны были привести в повышенную боевую готовность дивизии и корпуса в глубине округов и начать их выдвижение на рубежи обороны, в районы предусмотренные «Планами прикрытия». Таким образом, фактически вводились в действия планы прикрытия государственной границы и обороны округов.
«1. Для повышения боевой готовности войск округам все глубинные стрелковые дивизии и управления стрелковых корпусов с корпусными частями вывести в лагерь в районы, предусмотренные для них планом прикрытия.
2. Приграничные дивизии оставить на месте, имея вывод их на границу в назначенные им районы, в случае необходимости будет произведен по особому моему приказу….»
Первой фразой стоит – «Для повышения боевой готовности войск … все глубинные стрелковые дивизии и управления стрелковых корпусов с корпусными частями вывести … в районы, предусмотренные для них планом прикрытия». И это частично выполняли даже в том же ЗапОВО. Либо войска выводили в новые районы согласно прилагаемых карт – как в КОВО. Но в любом случае войска должны были выводиться и худо-бедно выводились в полевые лагеря ближе к границе.
При этом приграничные части оставались на границы без движения. Помните, как Молотов это комментировал? Мол, нельзя было двигать войска на границе до последнего, чтобы не дать повода Гитлеру обвинить СССР в подготовке к Войне и «нападению» на Германию.
Выполнил тот же Павлов данную Директиву? Наверняка выполнял, и некое движение частей в округе к границе после 15 июня началось. Ведь могли и доложить доброжелатели, что Павлов саботирует приказ из Москвы. Так что некое движение по выполнению Директивы от 13 июня, конечно, было даже в Белоруссии. И уж тем более в Прибалтике и на Украине.
Третий этап в приведении в боевую готовность частей западных округов – телеграммы с приказами ГШ от 18 июня. Данные приказы предписывали привести в повышенную боевую готовность уже все части западных округов и самое важное – начать отвод приграничных частей от границы на подготовленные им рубежи обороны предусмотренных для них планами прикрытия. Вермахт уже изготовился для броска на СССР и, тут уже не дипломатических вывертов стало – угроза Войны заставила Сталина дать команду Тимошенко и Жукову полностью привести в боевую готовность, фактически ПОЛНУЮ, ВСЕ части западных округов!!!
По этому приказу ГШ в округах обязаны были к 21 июня 1941 года отвести от границы все воинские части 9не только приграничные, скорее всего) и отправить их на рубежи обороны согласно планов прикрытия. А что сделал с дивизиями в Бресте, которые также являлись «приграничными», Павлов? Ждал после 15 июня особого приказа наркома? Конечно, ждал! И такое особое распоряжение наркома он и получил 18 июня. Содержание этой телеграммы-приказа ГШ и о дате исполнения этого приказа известно из показаний генерал-майора П.И. Абрамидзе, бывшего командира 72-й горно-стрелковой (приграничной) дивизии 26-й армии Киевского ОВО, которые стоит ещё раз привести:
«20 июня 1941 года я получил такую шифровку Генерального штаба: «Все подразделения и части Вашего соединения, расположенные на самой границе, отвести назад на несколько километров, то есть на рубеж подготовленных позиций... Все части дивизии должны быть приведены в боевую готовность. Исполнение донести к 24 часам 21 июня 1941 года»...»
Но ведь эти три дивизии прикрытия Брестского направления так и остались частично в городе, или были распылены вокруг него! И они не были собраны в казармы даже после 18 июня и затем не были выведены из Бреста для обороны города и направления!!! Вот тут Павлов и пошел на откровенный саботаж. За оставшиеся несколько дней до нападения, о котором он точно знал, что из команд из Москвы, что от разведки округа, что от пограничников, которые наверняка ему докладывали и о перемещениях немецких войск и о выселении из приграничной полосы поляков, и о том что в эти дни немцы активно отбирали у населения те же телеги, Павлова уличить в саботаже те же «особисты» никак не успевали. Да и кто бы его уличал, если начальник связи округа генерал Григорьев, через которого и шли данные директивы и приказы Москвы, никому не докладывал о саботаже командующим этих приказов. И начальник штаба округа генерал Климовских, что тоже знал о Директивах от 13-18 июня и видел, что они саботируются, тоже никому «наверх» не докладывал о «странном» поведении командующего.
Если Павлов по личной инициативе не вывел эти три дивизии (а его буквально трясли по этим дивизиям на следствии и суде), получив приказ об отводе приграничных дивизий, и эти дивизии должны были закрывать брестское направление, держа оборону вокруг города, то Павлов уже совершил воинское преступление. Либо он делал это как самоубийца по собственной воле, либо Павлов делал это по согласованию с Москвой. Но тогда получается что вместе с Павловым и Тимошенко с Жуковым замешаны в измене? Получается что так. Но если нет, то кто тогда присоветовал ему оставить дивизии в городе на убой? Может Сталин? А ведь в шифровке-телеграмме ГШ от18 июня даже дата сообщается важная – вывести части на рубежи обороны до 24.00 21 июня!!!Врядли бы в КОВО отправили шифровку (о которой доложил генерал Абрамидзе) с датой – к 24.00 21 июня, а в ЗапОВО отправили бы телеграмму с другой датой исполнения приказа!!!
При повышении боевой готовности командиры всех частей должны собрать технику и л/с в подразделения. В Бресте это не сделали. А, получив особую команду от наркома в виде телеграммы ГШ от 18 июня о приведении войск округа фактически в полную боевую готовность, Павлов и его подельники окончательно и перестали выполнять приказы Москвы.
Четвертый, и последний этап в приведении в боевую готовность войск западных округов – это сообщение командованию этих округов достаточно точной даты нападения Германии, которая стала известна (подтвердилась теми же «перебежчиками» и докладом каперанга Воронцова Сталину в его кабинете) вечером 21 июня. Тут уже о приведении войск западных округов в полную боевую готовность, в ночь на 22 июня было объявлено официально!!!
Приведенные фактически в полную боевую готовность ещё до 22 июня командование войск западных округов «Директивой № 1» от 21 июня получали официальную команду-приказ на объявление боевой тревоги находящимся в полевых лагерях дивизиям и корпусам. Которые получили ещё 15 июня приказ вывести свои войска «в лагерь в районы, предусмотренные для них планом прикрытия…», или «согласно прилагаемых карт».
В ночь на 22 июня в западные округа отправляется последняя Директива мирного времени, «Директива № 1 от 21.06.41 года», в которой сообщается возможная и приблизительная дата вероятного нападения Германии: «Военным советам ЛВО, ПрибОВО, ЗапОВО, КОВО, ОдОВО.
1. В течении 22-23 июня 1941 года возможно внезапное нападение немцев на фронтах ЛВО, Приб. ОВО, Зап. ОВО, КОВО, Од. ОВО. Нападение может начаться с провокационных действий…»
Также данная Директива предписывала: «…войскам Ленинградского, Прибалтийского, Западного, Киевского и Одесского округов быть в полной боевой готовность, встретить возможный внезапный удар немцев или их союзников….
а) в течении ночи на 22 июня 1941 года скрытно занять огневые точки укрепленных районов на государственной границе;
б) перед рассветом 22 июня 1941 года рассредоточить по полевым аэродромам всю авиацию, в том числе и войсковую, тщательно ее замаскировать;
в) все части привести в боевую готовность. Войска держать рассредоточено и замаскировано;
г) противовоздушную оборону привести в боевую готовность без дополнительного подъема приписного состава. Подготовить все мероприятия по затемнению городов и объектов;
д) никаких других мероприятий без особого распоряжения не проводить.
Тимошенко, Жуков.»
После получения данной директивы командованию округов оставалось только дать короткую команду-приказ в войска – поднять по тревоге войска находящиеся в полевых лагерях в повышенной б.г.. и привести их в полную боевую готовность! Как это сделал адмирал Н.Г. Кузнецов на флоте.
Ну а как выполнили свои должностные обязанности и Директивы НКО и ГШ от 13 июня, телеграмму ГШ от 18 июня и эту«Директиву № 1» командующие западных округов и особенно генерал армии, герой Советского Союза Д.Г. Павлов, как они «занимали» УРы на «государственной границе», «рассредоточивали» в ночь на 22 июня самолеты, и приводили «все части в боевую готовность», известно….
Тема: 
Сообщение от denizz
Ваши права
Ответить с цитированием
Социальные закладки