....
настороженным голосом
Зине и Дарье Петровне сказал:
- Профессор просит вас
никуда не уходить из квартиры.
- Хорошо, - робко ответили Зина и Дарья Петровна.
- Позвольте мне
запереть дверь на черный ход и забрать ключ, -
заговорил Борменталь,прячась за дверь в стене и прикрывая ладонью лицо - это
временно, не из недоверия к вам. Но кто-нибудь придет, а вы не выдержите и
откроете, а
нам нельзя мешать. Мы заняты.
- Хорошо, - ответили женщины и сейчас же стали бледными. Борменталь
запер черный ход, запер парадный, запер дверь из коридора в переднюю и шаги
его пропали у смотровой.
Тишина покрыла квартиру, заползла во все углы. Полезли сумерки,
скверные, настороженные, одним словом мрак. Правда, впоследствии соседи
через двор говорили, что будто бы в окнах смотровой, выходящих во двор, в
этот вечер горели у Преображенского все огни, и даже будто бы они видели
белый колпак самого профессора... Проверить трудно. Правда, и Зина, когда
уже кончилось, болтала, что в кабинете у камина после того, как Борменталь и
профессор вышли из смотровой, ее
до смерти напугал Иван Арнольдович. Якобы
он сидел в кабинете на корточках и жег в камине собственноручно тетрадь в
синей обложке из той пачки, в которой записывались истории болезни
профессорских пациентов.
Лицо будто бы у доктора было совершенно зеленое и
все, ну, все... Вдребезги исцарапанное. И Филипп Филиппович в тот вечер сам
на себя не был похож.
Тема: 
Сообщение от roseon
Ответить с цитированием
Социальные закладки