Показать скрытый текст Не поможет!
Аддиктивная, поглощающая связь устанавливается только в одном случае: когда явление начинает занимать почти все психическое пространство человека. Если это явление – человек, он превращается в кумира, если это явление – идея, она превращается в манию. Мания полностью преображает мир вокруг человека, субъективный, а затем и объективный. Бесполезно убеждать человека, что он в безопасности, призывать посмотреть на вещь с другой стороны, фикс-идея не допускает никаких других сторон.
Сравните, к примеру, фанатичного воинственного патриота, алкоголика, безумно влюбленного и радикальную феминистку в стадии «мужчины – враги». Хотя эти люди зафиксированы на различных идеях, их роднит то, что они за-фиксированы, то есть поглощены. По сути – съедены своей идеей-фикс. У этих людей утрачена критичность, они воодушевляются, когда речь идет о предмете их страсти, и впадают в ярость, когда их пытаются остановить, они беспокойны, на взгляд невовлеченных окружающих – неадекватны, не способны отвлечься от своей идеи-фикс.
Невовлеченные окружающие говорят им одно и то же «ты слишком зациклен на этом», «ты все воспринимаешь через это», «посмотри на мир шире, обрати внимание на другое, займись чем-то еще», но для маниакально вовлеченного такие советы оскорбительны, поскольку ему пытаются донести, что его мания – пустяк, тогда как он убежден в ее абсолютной важности, так как находится внутри нее – захвачен ею. Как он жил до этого, он не помнит, но ему кажется, что жил он плохо, тускло и суетно, он не хочет возвращаться в свою прошлую жизнь, презирает ее. Такого человека очень сложно «вытащить», поскольку он этого не хочет, он сопротивляется и всех «помощников» считает лишенцами. Чтобы представить какую-то иную жизнь для себя, он должен уметь абстрагироваться от мании, но это возможно, когда в психическом поле есть свободное место, а его мания захватила его целиком. Любой образ, который он представляет себе, обезображен его манией. «Выкинь его из головы, - говорят несчастной влюбленной. – Ты начнешь жить полной жизнью, общаться, радоваться, а не сидеть в тоске». Но влюбленная не может представить себя радостной без любимого, она видит себя только одинокой и скорбящей, и это образ пугает ее. «Перестань бояться и ненавидеть мужчин, - говорят воинственной радфем. – Относись к ним как к людям». Но в поле радфем нет места для создания образа мужчины – неврага, и если она пытается такой образ нарисовать, ей очевидно, что это наглая ложь. То же касается фанатичного патриота по отношению к его врагам, он не может относиться к ним терпимо, поскольку глубоко убежден в их желании уничтожить его. Что касается алкоголика, умозрительно он может согласиться, что алкоголь вреден для здоровья, но ему не нужно здоровье ни для чего, кроме как пить. Пить алкоголику нравится, а не пить – мука, и когда ему предлагают жить ради муки, убеждая, что это весело и интересно, он испытывает то же самое желание – послать подальше.
Социальные закладки