Свидетели Иеговы: последний отсчет

[karish]

Исходя из того, что молдавского языка в те времена еще не было, то это неблагозвучное слово не появилось бы в процессе формирования понятийно-категориального аппарата. так что ничто бы не помешало носить именно пулю. В средние века носили бы круглую, после индустриальной революции непременно появились бы секты, отрицающие круглую и настаивающие на привычной нам форме с острым кончиком (впоследствии произошел бы раскол на почве споров, каким именно концом вверх следует носить пулю - острым или тупым). В общем, все, как у людей.

Эпиграф:
А первая пуля, а первая пуля, а первая пуля в ногу ранила коня... (с)

Ну как же... Романская языковая группа... Хотя, хай буде "пуля" ))) Секта называлась бы СП (Свидетели Пули)
Вот действительно, модная, по тем временам, римская казнь сформировала целую полновесную идеологию. Оказывается, да, мода является немаловажным фактором идеологической эволюции человека. Интересно было бы послушать по этому поводу профессиональное мнение эксперта моды Эвелины Хромченко.

[чeл]

Пулю бы носили ) тоже мне, бином Ньютона

Эпиграф:
А первая пуля, а первая пуля, а первая пуля в ногу ранила коня... (с)

Ну как же... Романская языковая группа... Хотя, хай буде "пуля" ))) Секта называлась бы СП (Свидетели Пули)
Вот действительно, модная, по тем временам, римская казнь сформировала целую полновесную идеологию. Оказывается, да, мода является немаловажным фактором идеологической эволюции человека. Интересно было бы послушать по этому поводу профессиональное мнение эксперта моды Эвелины Хромченко.

Эпиграф: [IMG][/IMG]

Ну ладно господа вы были бы христиане, они в теме и поэтому непонимание их списывается на благоухание веры.
Крест, есть символизм, отец был плотником и строгал кресты и сын из плоти, тоже собственно плотник, делал кресты. Через крест очистился, смертью смерть победил, спас себя сам от смертных грехов, посему крест...он животворящий. А вы рассуждаете прям как сектанты от христианства, те же самые свидетели, когда дают свои служения на улицах вот говорят прямо слово в слово и именно про пулю. Я уже подумал что вы добрались до их методичек. Задача их, выпилить крест из учения Христа.

[karish]

Крест, есть символизм, отец был плотником и строгал кресты и сын из плоти, тоже собственно плотник, делал кресты. Через крест очистился, смертью смерть победил, спас себя сам от смертных грехов, посему крест...он животворящий. А вы рассуждаете прям как сектанты от христианства, те же самые свидетели, когда дают свои служения на улицах вот говорят прямо слово в слово и именно про пулю. Я уже подумал что вы добрались до их методичек. Задача их, выпилить крест из учения Христа.

А, так это из за того, что отец строгал кресты римляне использовали такой вид казни? Теперь понятно.

[чeл]

А, так это из за того, что отец строгал кресты римляне использовали такой вид казни? Теперь понятно.

Очень смИшно

[karish]

Очень смИшно

Не знаю. Мне не смешно.

  Показать скрытый текст

Распятие (казнь)

Данная казнь была известна в Вавилонии, Греции, Палестине, Карфагене. Но самое широкое распространение казнь получила в Древнем Риме, где она стала основным видом жестокой, позорной и мучительной смертной казни. Так казнили особо опасных преступников (бунтовщиков, изменников, военнопленных, разбойников, беглых рабов). После подавления восстания Спартака все взятые в плен рабы, около 6 тысяч человек, были распяты на крестах вдоль Аппиевой дороги от Капуи до Рима. Марк Лициний Красс так и не отдал приказа снять тела.
Распятие на Crux Simplex
Крест использовался деревянный, как правило, Т-образный (Crux Commissa), хотя использовались и другие его формы:
Crux Simplex — простой вертикальный столб.
Сrux Immissa — два перекрещенных бруса (крест).
Crux Decussata — крест в форме «X».
При конструкции креста из двух элементов, каждый элемент тоже имел своё латинское название.
Первый элемент — стационарная, вертикально вкопанная стойка, называлась staticulum.
Второй — patibulum, представлял собой съёмную горизонтальную балку, которую, собственно, и несли на себе осуждённые на смерть, (интересно, что crux иногда называли не только цельную, собранную из двух элементов конструкцию, но и отдельно patibulum)
Иногда в центре креста прикреплялся небольшой выступ, на который распятый мог опереться ногами.
Затем крест закрепляли вертикально на всеобщее обозрение. Как правило, римляне использовали не широкоизвестные Сrux Immissa (кресты в их современном понимании), а обычные Т-образные — (Crux Commissa).
Часто самому распятию предшествовала позорная процессия, в ходе которой осуждённый на смерть должен был нести patibulum (патибулум), деревянный брус (весящий порой до 30—50 кг), который клали на плечи и привязывали к рукам, и который потом служил горизонтальной перекладиной креста.
По прибытии на место с осуждённого снимали одежду, укладывали на землю, широко растягивали руки и гвоздями (реже деревянными кольями) приколачивали их к концам перекладины, которую затем с помощью верёвок подтягивали на вершину заранее вкопанного в землю столба (в другом случае распинали уже на кресте, который потом поднимали вертикально). Осуждённому прибивали руки и ноги к концам креста гвоздями или деревянными кольями, либо фиксировали конечности при помощи верёвок. Если гвозди и забивали в ладони, то, чтобы казнимый не спрыгнул с креста, пожертвовав при этом своими ладонями, его запястья привязывали веревками к перекладине.
В некоторых случаях, чтобы продлить агонию казнимых, на ночь снимали patibulum (и только его) с телом осуждённого, а с наступлением утра снова водружали его на вертикальный столб. Последнее, как правило, делалось до тех пор, пока жертва не умирала от болевого шока.
Согласно христианскому вероучению, распятию был подвергнут Иисус Христос, что сделало крест символом христианской религии. Казни через распятие были преданы и ряд христианских святых (апостолы Андрей и Пётр, мученик Клеоник Амасийский).

Распятие (казнь)

[Lilu7]

Так и я о том же. Был ли этот конкретный случай? были ли дети, жены у Авраама и был ли он сам - неизвестно. Да и не важно на самом деле.

Дело тут совсем не в выдумке. Вы скорее всего никак не можете уловить, что не слова имеют значение в Священных писаниях, не истории, не география, а что стоит за ними. Буквальное понимание великих истин не просто искажает, оно полностью убивает их.

Так тогда может и Иисуса не было? Кто ж знает?

[АСТРОЛОГ]

У меня вопрос к местным СИ.
Привожу историю в подлинности которой я полностью уверен. Хочу услышать комментарии СИ особенно в контексте того, что души нет. Итак:

Выросла я в очень хорошей семье. Мои родители прожили вместе, в уважении и согласии, тридцать восемь лет, и я ни разу не слышала, чтобы мой папа сказал на маму «дура» или обозвал ее еще какими-нибудь словами. У нас с братом было все, мы ни в чем не нуждались. Объездили все вместе целый мир (ну, почти весь). Несмотря на то, что мой отец был мусульманин, а мама – христианка, это никогда им не мешало друг друга понимать. Она уважала его веру, его обычаи, а он уважал ее веру и ее обычаи.
Но вот начались в нашем городе всякие беспорядки и неприятности. Было опасно жить там, где жили мы, и нам пришлось все бросить и покинуть свой кров. Переезд в Россию был очень сложным, и в связи с ним было много слез и переживаний. В России мы тоже были мало кому нужны, ехало ведь очень много народу, а где найти для всех жилье, условия и работу? У себя на родине мы жили в достатке, у нас было действительно все, а здесь начались лишения и переживания. Отец тосковал по нашему отчему крову и от всего этого заболел и умер 8 марта. Мама ушла вслед за ним, не смогла пережить сразу столько горя, особенно папину смерть, она умерла 26 апреля. Нашему горю не было утешения, мы потеряли сразу двух самых дорогих нам людей.
В то время я уже была замужем и у меня было трое детей. Старшему было семь лет, среднему – четыре с половиной, а самому младшему – полтора года. Правду говорят люди: горе по одному не ходит, а водит с собой беды и несчастья. Я сильно заболела, мне сделали операцию и занесли инфекцию. Из-за этого образовался перитонит, заражение крови. На самолете меня отправили в город, так как жили мы в районном центре и там не было возможности бороться с такой бедой. Мне было так плохо, что я не могла держаться. Я стонала и орала от боли. И я услышала, как врач со „скорой“ сказал, что мне не жить, что меня поздно привезли. Услышав это, я закричала еще больше, я не хотела умирать, мне было жалко своих детей. Что со мной делали в операционной, я не знала, но позже мне сказали, что промывали кишки. И опять я услышала, как врачи надо мной говорили, что вся работа впустую и мне не выжить. Они думали, что я сплю после наркоза, а я лежала, обессиленная от мук. Один врач настаивал на повторном
промывании, на операции, а другой был против, говорил, что нечего зря мучить меня и врачей, лучше дать спокойно умереть под уколами. Но первый повысил на него голос и сказал, что у меня дети и нужно делать все возможное и невозможное. Я чувствовала, как слабо и редко бьется мое сердце. Я ясно ощущала то, как умираю, и мне хотелось об этом сказать, но тело мое словно онемело, я стала проваливаться в какую-то бездну, и последнее, что услышала, это было: „Все, она умирает, пойдемте отсюда“.
А дальше началось странное, то, чего нельзя объяснить словами. Я будто парила над своим телом, я видела всю свою палату, где находилась кровать. Дверь за врачами закрылась, и было слышно, как они уходят прочь по коридору. Мне хотелось их вернуть, потребовать что-нибудь предпринять, массаж сердца или еще что-нибудь такое, про что нам обычно показывают в кино, когда умирает пациент. Я невольно дернулась в сторону уходящих врачей и переместилась из палаты в коридор. При этом тело мое оставалось на прежнем месте, в палате на кровати. Мое незнакомое „я“ парило вверху, но тяжести своей я не ощущала. Я видела, как врач подошел к моему брату и сообщил ему о моей смерти. Брат сильно зарыдал, а я вдруг почувствовала боль и то, как я падаю, но не вниз, а вверх. Видите, подобное невозможно объяснить, это можно только почувствовать и пережить. Мое падение закончилось тем, что я уперлась ногами во что-то твердое, как будто в землю. Вокруг никого не было, и я пошла вперед. Навстречу мне шли люди, они шли как будто бы строем, как обычно идут люди на демонстрацию или на парад. Головы у людей были опущены (как я тогда поняла, они идут на Божий суд). Дошла я до какого-то огромного камня. Камень был как скала. Было очень светло, как будто светит не одно, а сразу два солнца или даже больше. От яркого света было немного больно. И вдруг я увидела: идут мои мама, папа и моя свекровь (все они умерли). Я сначала удивилась, но испуга не было. Была чрезвычайная радость. Я бросилась к ним, желая их обнять, рассказать о своих бедах. Но тут мама как закричит: „Стой!“ Я остановилась. Она взяла камень, прочертила им линию и сказала: „Не заходи за черту, тебе сюда нельзя!“ Во мне заговорила обида. Я закричала: „Мама! Мамочка, ведь это я, твоя дочь. Пусти меня тебя обнять и поцеловать!“ И с этими словами сделала шаг вперед. А она как бросит в меня камень и попала в колено. До сих пор у меня остался след от камня. От недоумения и сильной боли я как закричу: „Больно ведь!“ и стала тереть колено. А мама в ответ: „Перейдешь через черту, назад не будет пути. Иди, возвращайся, там твои дети!“ С этими словами все они трое повернулись и ушли, а я осталась одна. И вдруг, ни с того ни с сего, меня осенило, где я и что здесь делают мои родители, ведь они умерли! И пришло понимание: „Господи! Значит, я умерла! Я умерла!“ Мне стало страшно, но даже не за себя, а за деток, и я упала на колени и закричала: „Господи! А мои дети! Я здесь, а они там, маленькие сиротки, остались. Заберут их в детдом, каждый будет их обижать. Боженька, смилуйся над сиротками!“ – и заплакала.
Открыв глаза, я была в той же палате, а врачи стояли рядом с током и еще каким-то аппаратом. „Ну, ты даешь, мы думали, ты умерла!“ – и вытирают лоб. Кто-то произнес: „Это какое-то чудо!“ Я поняла, что Господь оставил мне жизнь ради моих детей. На коленке моей был кровоподтек и большой синяк – память о том, как мама бросила камень. Я раньше сильно боялась смерти, даже не могла об этом думать. Теперь я ее не боюсь, я уверена, что есть и вторая жизнь, жизнь после смерти. И я очень люблю Господа Бога!»

Что скажете?

[zoran]

У меня вопрос к местным СИ.
Привожу историю в подлинности которой я полностью уверен. Хочу услышать комментарии СИ особенно в контексте того, что души нет. Итак:

Выросла я в очень хорошей семье. Мои родители прожили вместе, в уважении и согласии, тридцать восемь лет, и я ни разу не слышала, чтобы мой папа сказал на маму «дура» или обозвал ее еще какими-нибудь словами. У нас с братом было все, мы ни в чем не нуждались. Объездили все вместе целый мир (ну, почти весь). Несмотря на то, что мой отец был мусульманин, а мама – христианка, это никогда им не мешало друг друга понимать. Она уважала его веру, его обычаи, а он уважал ее веру и ее обычаи.
Но вот начались в нашем городе всякие беспорядки и неприятности. Было опасно жить там, где жили мы, и нам пришлось все бросить и покинуть свой кров. Переезд в Россию был очень сложным, и в связи с ним было много слез и переживаний. В России мы тоже были мало кому нужны, ехало ведь очень много народу, а где найти для всех жилье, условия и работу? У себя на родине мы жили в достатке, у нас было действительно все, а здесь начались лишения и переживания. Отец тосковал по нашему отчему крову и от всего этого заболел и умер 8 марта. Мама ушла вслед за ним, не смогла пережить сразу столько горя, особенно папину смерть, она умерла 26 апреля. Нашему горю не было утешения, мы потеряли сразу двух самых дорогих нам людей.
В то время я уже была замужем и у меня было трое детей. Старшему было семь лет, среднему – четыре с половиной, а самому младшему – полтора года. Правду говорят люди: горе по одному не ходит, а водит с собой беды и несчастья. Я сильно заболела, мне сделали операцию и занесли инфекцию. Из-за этого образовался перитонит, заражение крови. На самолете меня отправили в город, так как жили мы в районном центре и там не было возможности бороться с такой бедой. Мне было так плохо, что я не могла держаться. Я стонала и орала от боли. И я услышала, как врач со „скорой“ сказал, что мне не жить, что меня поздно привезли. Услышав это, я закричала еще больше, я не хотела умирать, мне было жалко своих детей. Что со мной делали в операционной, я не знала, но позже мне сказали, что промывали кишки. И опять я услышала, как врачи надо мной говорили, что вся работа впустую и мне не выжить. Они думали, что я сплю после наркоза, а я лежала, обессиленная от мук. Один врач настаивал на повторном
промывании, на операции, а другой был против, говорил, что нечего зря мучить меня и врачей, лучше дать спокойно умереть под уколами. Но первый повысил на него голос и сказал, что у меня дети и нужно делать все возможное и невозможное. Я чувствовала, как слабо и редко бьется мое сердце. Я ясно ощущала то, как умираю, и мне хотелось об этом сказать, но тело мое словно онемело, я стала проваливаться в какую-то бездну, и последнее, что услышала, это было: „Все, она умирает, пойдемте отсюда“.
А дальше началось странное, то, чего нельзя объяснить словами. Я будто парила над своим телом, я видела всю свою палату, где находилась кровать. Дверь за врачами закрылась, и было слышно, как они уходят прочь по коридору. Мне хотелось их вернуть, потребовать что-нибудь предпринять, массаж сердца или еще что-нибудь такое, про что нам обычно показывают в кино, когда умирает пациент. Я невольно дернулась в сторону уходящих врачей и переместилась из палаты в коридор. При этом тело мое оставалось на прежнем месте, в палате на кровати. Мое незнакомое „я“ парило вверху, но тяжести своей я не ощущала. Я видела, как врач подошел к моему брату и сообщил ему о моей смерти. Брат сильно зарыдал, а я вдруг почувствовала боль и то, как я падаю, но не вниз, а вверх. Видите, подобное невозможно объяснить, это можно только почувствовать и пережить. Мое падение закончилось тем, что я уперлась ногами во что-то твердое, как будто в землю. Вокруг никого не было, и я пошла вперед. Навстречу мне шли люди, они шли как будто бы строем, как обычно идут люди на демонстрацию или на парад. Головы у людей были опущены (как я тогда поняла, они идут на Божий суд). Дошла я до какого-то огромного камня. Камень был как скала. Было очень светло, как будто светит не одно, а сразу два солнца или даже больше. От яркого света было немного больно. И вдруг я увидела: идут мои мама, папа и моя свекровь (все они умерли). Я сначала удивилась, но испуга не было. Была чрезвычайная радость. Я бросилась к ним, желая их обнять, рассказать о своих бедах. Но тут мама как закричит: „Стой!“ Я остановилась. Она взяла камень, прочертила им линию и сказала: „Не заходи за черту, тебе сюда нельзя!“ Во мне заговорила обида. Я закричала: „Мама! Мамочка, ведь это я, твоя дочь. Пусти меня тебя обнять и поцеловать!“ И с этими словами сделала шаг вперед. А она как бросит в меня камень и попала в колено. До сих пор у меня остался след от камня. От недоумения и сильной боли я как закричу: „Больно ведь!“ и стала тереть колено. А мама в ответ: „Перейдешь через черту, назад не будет пути. Иди, возвращайся, там твои дети!“ С этими словами все они трое повернулись и ушли, а я осталась одна. И вдруг, ни с того ни с сего, меня осенило, где я и что здесь делают мои родители, ведь они умерли! И пришло понимание: „Господи! Значит, я умерла! Я умерла!“ Мне стало страшно, но даже не за себя, а за деток, и я упала на колени и закричала: „Господи! А мои дети! Я здесь, а они там, маленькие сиротки, остались. Заберут их в детдом, каждый будет их обижать. Боженька, смилуйся над сиротками!“ – и заплакала.
Открыв глаза, я была в той же палате, а врачи стояли рядом с током и еще каким-то аппаратом. „Ну, ты даешь, мы думали, ты умерла!“ – и вытирают лоб. Кто-то произнес: „Это какое-то чудо!“ Я поняла, что Господь оставил мне жизнь ради моих детей. На коленке моей был кровоподтек и большой синяк – память о том, как мама бросила камень. Я раньше сильно боялась смерти, даже не могла об этом думать. Теперь я ее не боюсь, я уверена, что есть и вторая жизнь, жизнь после смерти. И я очень люблю Господа Бога!»

Что скажете?

"чудны дела твои, господи" (с)

[АСТРОЛОГ]

СИ молчат........

[LOVELENA]

Так тогда может и Иисуса не было? Кто ж знает?

Может и не было. Никто не знает.

[Lilu7]

Может и не было. Никто не знает.

Но теперь все копья ломают ))

[karish]

Но теперь все копья ломают ))

Какая интересная метафора - "копья ломают" . Интересно, какой смысл изначально вкладывался в это словосочетание, поломать копьё (в смысле оружие) , либо, поломать копьё (в смысле копейка (сбережения, накопления)) ?

[zoran]

Какая интересная метафора - "копья ломают" . Интересно, какой смысл изначально вкладывался в это словосочетание, поломать копьё (в смысле оружие) , либо, поломать копьё (в смысле копейка (сбережения, накопления)) ?

изначально говорилось о сломанном копье- (оружие) , но не как о копейки (денежная единица)
http://onlineslovari.com/frazeologic...at_kopya.5808/

[Ventallica]

Иоанна 10:1-6
10 «Истинно, истинно говорю вам: кто входит в овечий загон не через дверь, а забирается туда иным путём, тот вор и грабитель. 2 А кто входит через дверь, тот пастух овцам. 3 Привратник открывает ему, и овцы слушаются его голоса. Он зовёт своих овец по именам и выводит их. 4 Когда он выведет всех своих, он идёт впереди них, и овцы следуют за ним, потому что знают его голос. 5 За чужим они никогда не последуют, но убегут от него, потому что не знают го́лоса чужих». 6 Такое сравнение привёл им Иисус, но они не поняли значения того, о чём он говорил им.

[karish]

изначально говорилось о сломанном копье- (оружие) , но не как о копейки (денежная единица)
http://onlineslovari.com/frazeologic...at_kopya.5808/

Понятно. Хотя, с "копьём" в смысле "накоплений", тоже было бы красиво.
Спасибо!

[LOVELENA]

Но теперь все копья ломают ))

А смысл?

Большее, и на самом деле единственное что имеет значение - услышать что он говорил. Хотя бы в формате притч.

[karish]

Иоанна 10:1-6
10 «Истинно, истинно говорю вам: кто входит в овечий загон не через дверь, а забирается туда иным путём, тот вор и грабитель. 2 А кто входит через дверь, тот пастух овцам. 3 Привратник открывает ему, и овцы слушаются его голоса...

Вообще странно. Попытался себе представить овечий загон... дверь... привратника. Слово привратник - сложносоставное. При вратах, но никак ни при дверях. Тот, кто открывает "дверь" в "овечий загон" , скорее "придверник" . И какая дверь может быть в овечьем загоне? Там, как на ранчо, такая отодвигающаяся часть забора. Кроме того через эту... "калитку" входят овцы, а не пастух. Пастух туда входит, когда овец надо оттуда выгнать на пастбище, либо на убой, либо, чтобы туда зашли уборщики, причем не факт, что уборщики зайдут туда через "овечью калитку" . При этом они не воры. Я так думаю.

[Lilu7]

А смысл?

Большее, и на самом деле единственное что имеет значение - услышать что он говорил. Хотя бы в формате притч.

Кажется Иоанн писал: *ты веруешь, что Бог один/един.. и бесы веруют, и трепещут..* Вот чего бы им так волноваться, если они не только слышат, но и видят Создателя )

[чeл]

Кажется Иоанн писал: *ты веруешь, что Бог один/един.. и бесы веруют, и трепещут..* Вот чего бы им так волноваться, если они не только слышат, но и видят Создателя )

Свидетели, стало быть хуже бесов, ибо не видят и не слышат. Бог не один, но един...мне бес шепнул как-то.

[АСТРОЛОГ]

У меня вопрос к местным СИ.
Привожу историю в подлинности которой я полностью уверен. Хочу услышать комментарии СИ особенно в контексте того, что души нет. Итак:

Выросла я в очень хорошей семье. Мои родители прожили вместе, в уважении и согласии, тридцать восемь лет, и я ни разу не слышала, чтобы мой папа сказал на маму «дура» или обозвал ее еще какими-нибудь словами. У нас с братом было все, мы ни в чем не нуждались. Объездили все вместе целый мир (ну, почти весь). Несмотря на то, что мой отец был мусульманин, а мама – христианка, это никогда им не мешало друг друга понимать. Она уважала его веру, его обычаи, а он уважал ее веру и ее обычаи.
Но вот начались в нашем городе всякие беспорядки и неприятности. Было опасно жить там, где жили мы, и нам пришлось все бросить и покинуть свой кров. Переезд в Россию был очень сложным, и в связи с ним было много слез и переживаний. В России мы тоже были мало кому нужны, ехало ведь очень много народу, а где найти для всех жилье, условия и работу? У себя на родине мы жили в достатке, у нас было действительно все, а здесь начались лишения и переживания. Отец тосковал по нашему отчему крову и от всего этого заболел и умер 8 марта. Мама ушла вслед за ним, не смогла пережить сразу столько горя, особенно папину смерть, она умерла 26 апреля. Нашему горю не было утешения, мы потеряли сразу двух самых дорогих нам людей.
В то время я уже была замужем и у меня было трое детей. Старшему было семь лет, среднему – четыре с половиной, а самому младшему – полтора года. Правду говорят люди: горе по одному не ходит, а водит с собой беды и несчастья. Я сильно заболела, мне сделали операцию и занесли инфекцию. Из-за этого образовался перитонит, заражение крови. На самолете меня отправили в город, так как жили мы в районном центре и там не было возможности бороться с такой бедой. Мне было так плохо, что я не могла держаться. Я стонала и орала от боли. И я услышала, как врач со „скорой“ сказал, что мне не жить, что меня поздно привезли. Услышав это, я закричала еще больше, я не хотела умирать, мне было жалко своих детей. Что со мной делали в операционной, я не знала, но позже мне сказали, что промывали кишки. И опять я услышала, как врачи надо мной говорили, что вся работа впустую и мне не выжить. Они думали, что я сплю после наркоза, а я лежала, обессиленная от мук. Один врач настаивал на повторном
промывании, на операции, а другой был против, говорил, что нечего зря мучить меня и врачей, лучше дать спокойно умереть под уколами. Но первый повысил на него голос и сказал, что у меня дети и нужно делать все возможное и невозможное. Я чувствовала, как слабо и редко бьется мое сердце. Я ясно ощущала то, как умираю, и мне хотелось об этом сказать, но тело мое словно онемело, я стала проваливаться в какую-то бездну, и последнее, что услышала, это было: „Все, она умирает, пойдемте отсюда“.
А дальше началось странное, то, чего нельзя объяснить словами. Я будто парила над своим телом, я видела всю свою палату, где находилась кровать. Дверь за врачами закрылась, и было слышно, как они уходят прочь по коридору. Мне хотелось их вернуть, потребовать что-нибудь предпринять, массаж сердца или еще что-нибудь такое, про что нам обычно показывают в кино, когда умирает пациент. Я невольно дернулась в сторону уходящих врачей и переместилась из палаты в коридор. При этом тело мое оставалось на прежнем месте, в палате на кровати. Мое незнакомое „я“ парило вверху, но тяжести своей я не ощущала. Я видела, как врач подошел к моему брату и сообщил ему о моей смерти. Брат сильно зарыдал, а я вдруг почувствовала боль и то, как я падаю, но не вниз, а вверх. Видите, подобное невозможно объяснить, это можно только почувствовать и пережить. Мое падение закончилось тем, что я уперлась ногами во что-то твердое, как будто в землю. Вокруг никого не было, и я пошла вперед. Навстречу мне шли люди, они шли как будто бы строем, как обычно идут люди на демонстрацию или на парад. Головы у людей были опущены (как я тогда поняла, они идут на Божий суд). Дошла я до какого-то огромного камня. Камень был как скала. Было очень светло, как будто светит не одно, а сразу два солнца или даже больше. От яркого света было немного больно. И вдруг я увидела: идут мои мама, папа и моя свекровь (все они умерли). Я сначала удивилась, но испуга не было. Была чрезвычайная радость. Я бросилась к ним, желая их обнять, рассказать о своих бедах. Но тут мама как закричит: „Стой!“ Я остановилась. Она взяла камень, прочертила им линию и сказала: „Не заходи за черту, тебе сюда нельзя!“ Во мне заговорила обида. Я закричала: „Мама! Мамочка, ведь это я, твоя дочь. Пусти меня тебя обнять и поцеловать!“ И с этими словами сделала шаг вперед. А она как бросит в меня камень и попала в колено. До сих пор у меня остался след от камня. От недоумения и сильной боли я как закричу: „Больно ведь!“ и стала тереть колено. А мама в ответ: „Перейдешь через черту, назад не будет пути. Иди, возвращайся, там твои дети!“ С этими словами все они трое повернулись и ушли, а я осталась одна. И вдруг, ни с того ни с сего, меня осенило, где я и что здесь делают мои родители, ведь они умерли! И пришло понимание: „Господи! Значит, я умерла! Я умерла!“ Мне стало страшно, но даже не за себя, а за деток, и я упала на колени и закричала: „Господи! А мои дети! Я здесь, а они там, маленькие сиротки, остались. Заберут их в детдом, каждый будет их обижать. Боженька, смилуйся над сиротками!“ – и заплакала.
Открыв глаза, я была в той же палате, а врачи стояли рядом с током и еще каким-то аппаратом. „Ну, ты даешь, мы думали, ты умерла!“ – и вытирают лоб. Кто-то произнес: „Это какое-то чудо!“ Я поняла, что Господь оставил мне жизнь ради моих детей. На коленке моей был кровоподтек и большой синяк – память о том, как мама бросила камень. Я раньше сильно боялась смерти, даже не могла об этом думать. Теперь я ее не боюсь, я уверена, что есть и вторая жизнь, жизнь после смерти. И я очень люблю Господа Бога!»

Что скажете?

Будут комментарии от СИ?