Ладно. Давайте об эстетическом и воображении.
Думаю, вам стоит перечитать страницы, где Маркс впервые пытается разобраться в социально-экономической сущности денег. Вы наверное удивитесь, но что сразу же бросится в глаза так это крайне примечательное обстоятельство: главными авторитетами, на которые опирается Маркс-философ, Маркс-экономист, оказываются не специалисты в области денежного обращения, а... Шекспир и Гёте. Парадокс?
Только на первый взгляд. Поэтический взор Шекспира и Гёте сразу улавливал общую роль денег в целостном организме человеческой культуры. Конечно, от первоначального общего схватывания сущности денежной формы до строго теоретического раскрытия законов ее рождения и эволюции, произведенного в «Капитале», было еще очень далеко. Если бы Маркс остановился на «поэтическом схватывании», он не стал бы Марксом. Но и без «поэтического схватывания» он Марксом бы не стал. Образно-поэтическое осознание социальной сути денег в целом было первым, но абсолютно необходимым, шагом на пути к конкретно-теоретическому пониманию.
Характерно, между прочим, и такое «таинственное» обстоятельство: крупные математики-теоретики считают и, видимо, не без оснований, одним из «эвристических принципов» математической интуиции красоту. От математиков можно услышать очень часто, что музыка, и именно инструментальная непрограммная музыка, им больше всего «по душе». Один крупный западноевропейский физик и теоретик , это тот который написал в 1946 году статью в США "Почему социализм?" - Альберт Эйнштейн прямо написал в анкете, что в движении музыкальных форм он лично всегда «видит» некоторый смутный аналог тем своим идеям, которые бродят в его голове, но еще не получили строго формализованного и подробно доказанного выражения... Об это пишет и Нильс Бор, это тот через которого СССР вышло на Опемгеймера, который затем не только передал в СССР чертежи атомной бомбы , но даже прислал для работы над атомным проектом своего ученика (это так к слову).
Чтобы было ясно, для тех кто обладает воображением, обратимся к замечательному высказыванию Фридриха Энгельса о политической экономии, которое, тем не менее, показывает суть эстетической оценки фактов. Возражая тем «социалистам», которые требовали уничтожения капиталистической эксплуатации на том единственном основании, что она «несправедлива», Энгельс указывал, что с точки зрения науки подобный довод совершенно несостоятелен, так как представляет собой «простое приложение морали к политической экономии».
Тем не менее, что говорит сам факт такого эстетического феномена, что апелляция к нравственному или эстетическому чувству – прием запрещенный, когда речь идет о науке: Но, продолжает Энгельс, то что неверно в формально-экономическом смысле, может быть верно во всемирно-историческом смысле. Если нравственное сознание масс объявляет какой-либо экономический факт несправедливым, как в свое время рабство или барщину, то это есть доказательство того, что факт сам пережил себя, что появились другие экономические факты, в силу которых он стал невыносимым и несохранимым...
короче. Менять нужно все, все и не меньше. Все отношения основанные на принуждении человека человеком к труду, ибо меньшие изменения это всего лишь бунт сиюминутный (опортюнити) и ретроградный (реакционный) .




Тема:
Ответить с цитированием

Социальные закладки