Ведро Черного моря
...
Крым, действительно, уникален. Только не в том смысле, который вкладывают в него жулики. Он уникален в том, что им интересуется вполне определенная прослойка населения, которая уменьшается с каждым днем.
...
Есть теплые моря, где навстречу тебе на мелководье разворачиваются невиданной красоты подводные «цветы», выползает ленивая рифовая акула и кружат хороводы носатые рыбы. Есть моря, где вода, как неподвижное прозрачное желтое стекло, в котором можно висеть, как в стратосфере, как доисторическая муха в янтаре, еле-еле двигая в тысячелетиях ластами. Есть моря, которые светятся ночью, и есть моря, на волнах которых катаются ловкие и мускулистые парни на серфах, на берегу отжимают волосы невероятно красивые и вечно юные богини топ-лесс, а в барах под тростником уже режут со щепкой электропилами кокосы на стакашки под коктейль.
А есть и рабоче-крестьянское Черное море, где из-за обросшей подводной волосней автопокрышки на дне выглядывает ребристая гофрированная мурена пластикового шланга, дальше виднеется ржавая канистра, явно таящая в себе бесценное содержимое эпохи Хрущева, а на берегу усатая богиня в сто-двадцать кило продает пахлаву, оставшуюся после ужина.
Это дорого пролетарскому сердцу.
Бог не то чтобы делил моря между людьми, просто накидал все ништяки кучей на Землю, а людишки там сами уже расселились, кому как повезло.
Объясните, чем сакрален в курортном плане это занюханный полуостров? Тем, что кроме него у СССР ничего не було - с теплой водой, песком и крошечными крабами?
***
Уникальность Крыма заключалась в сочетании советской транспортной доступности, постсоветского сервиса, украинских цен, российских зарплат и общей отсталости отдыхающих, которые никогда не видели побережья Каталонии – и сравнивать им было не с чем. «Мама, я поймала живую медузу!!! Она мне в трусы залезла!!!»
Уникальность Крыма заключалась в кино-ностальгии для стареющих совков, типа «3+2», студенческих лагерях в Абрикосовке, ночевке в багажнике автомобиля и первом сексе в мокрых росистых кустах.
Уникальность Крыма – это средневековый корпоративный праздник магистратского цеха нищих, на котором раз в году для цеховых побирушек выставлялись целиком печеные быки и бочки с пивом. Взамен за целый год попрошайничества в грязи и выплаты цехового сбора «смотрящим».
Теперь, прое**в две ножки стула из четырех – транспортная доступность и невысокие цены – курортное руководство взывает: «Да не волнуйтесь, украинцы! Ничего у нас не покачнулось! У нас все то же говно, но в три раза дороже... Но говно-то все то же, ваше любимое! Горы и Солнце не изменились! Разве вы по ним не соскучились?.. Только перенесите чемоданы в зубах через границу...»
Лично я – нет, не соскучился. Есть горы выше и прекрасней крымских, моря лучше и чище. Пролетарский рай по такой цене лично мне на**й не нужен. Он и раньше оргазма не вызывал, просто ехать туда было примерно так, как за город на метро – помылся в море, вытер полотенцем голову и домой. Но не гробить же на это целый отпуск.
Да и зауральское быдло, целый год копившее из зарплаты за право две недели почувствовать себя «белыми богатыми людьми», разменяв рубли на гривны, сейчас тревожно принюхивается к тенденциям и ценам. Оно не для того тяжко въ**ывало год на асбестовом комбинате, чтобы потратить годовую мечту на поддержку фантазий советских пенсионеров из Крыма. Впрочем, это можно было бы понять, просто посмотрев на тот берег – на Сочи с недостроенными девятиэтажками...
...
Региональные курорты никому не нужны кроме ценителей. А ценителей больше нет. На**й вы кому-то нужны, со своей наивной экзотикой, со священным холмом, на котором священная тропинка ведет к священному колодцу, где в священные времена утопилась священная женщина, и вот вам на прощанье священная визитка от священного таксиста.
Разрушив в угаре путриотзма структуру регионального курорта, местные потомки дедов-воевалов («отцы-про@балы»), расселенные на побережье по распределению МО потомки рязанской и псковской срани, получившие ордер за двадцать пять лет безукоризненного «пролития крови» на должности каптера в СА и ВМФ, позднесоветская пенсюра, сейчас с недоумением бормочет: «Да чо, бля, горы и солнце те же! Чо ж вы ехать не хотите?»
***
Долб**бы отставные, пожизненные мичманы севморфлота и прочие прапорщики, получившие от Партии и Правительства участки в Крыму. Ваш "Народ Крыма" - самый молодой народ в современном мире, хотя и состоит почти поголовно из престарелых маразматических пи***cов с прикопанными под абрикосами "на всякий случай" партбилетами.
Вы - дряхлые совковые ублюдки, голосовавшие за палеолит для своих внуков, как и любая постсовковая вохровская пенсюра, тянущая за собой в свою вонючую могилу "за двойную пенсию" будущее своих потомков. Этим вы отличаетесь от поколения своих родителей, дедов-воевалов, готовых умереть на передовой за будущее потомства - вашего поколения, между прочим, поколения вохры, комсоргов и кладовщиков, которое вы считаете венцом и итогом цивилизации - и после вас хоть потоп.
Так вот, держатели чужого моря. Крымские провинциальные горы и солнце покупали всегда со скидкой. А сейчас и со скидкой оно никому не надо. Покупать ворованное говно за три цены - это вообще уже хардкор, сюр и Гигер.
Кровать в Крыму не принимает нормальных людей. Проприоцептивный дискомфорт. Раньше у вас цены были приемлемые, как для говна, но сейчас, как для говна – так задорого. Вот вы и пихаете в пасть одну пилюлю за другой, надеясь, что хоть какая-то поможет, даже не задумываясь - как одно на другое ложится? И чем это все закончится.
Через пару лет вы будете с пахлавой и ведром Черного моря уныло стоять вдоль железной дороги.
Толик и Битнер говорят про хуцпу – я не согласен. Здесь нет никакой хитрости и наглости, только жадность и глупость исконно-кацапской рязани – как у безмозглого окуня. И потом безмерное удивление: "А чо я не так украл-та, йоба?"
Социальные закладки