Лагерь 93-й отдельной механизированной бригады Вооруженных Сил Украины находится практически на передовой - до зоны соприкосновения буквально рукой подать. Солдаты рассказывают, что до "прекращения огня" сюда ежедневно била тяжелая артиллерия россиян. Пока комбриг на выезде, беглый опрос солдат корреспондентом ЛІГАБізнесІнформ внутри лагеря и за его пределами показал: бойцы уважают командира и не могут вспомнить случаев, порочащих его.
Микац закончил военное училище в 1996 году. В 2008 продолжил образование в Национальной академии Вооруженных Сил Украины. Службу проходил на различных должностях, среди которых: командира танкового взвода, танковой роты, учебной танковой роты; год прослужил в Ираке в составе украинского подразделения переводчиком оперативного отдела; был старшим смены тактического оперативного центра; заместителем командира батальона; прослужил 3,5 года командиром полка; служил заместителем командира дивизии и, наконец, был назначен командиром 93-й бригады. В Донбассе подразделениям бригады Микаца довелось воевать и под Иловайском, и в Донецком аэропорту.
Мы встречаемся c Олегом Микацем поздно ночью. Весь день он был на выезде - вывез пятерых заложников, провел осмотр позиций бригады и привез помощь от волонтеров.
- Что сейчас происходит в зоне ответственности вашей бригады?
- Стрельба в районе аэропорта, Авдеевки и Песок. Подразделения боевиков "Сомали" и "Спарта" - Гиви и Моторола - продолжают провоцировать, стреляют то в одну сторону, то в другую. Это единственное, что они умеют делать. Эти люди не приспособлены к мирной жизни и, несмотря ни на что, будут продолжать кошмарить всех.
- Выходит, режим прекращения огня не работает?
- В целом - работает. Ведь стрельба стрельбе рознь. Одно дело, когда трое суток подряд работают "Грады", "Ураганы", "Смерчи", артиллерия и танки. Совсем другое дело, когда 5-10 минут идет стрелковый огонь с применением минометов. Мы предоставляли российской стороне в рамках совместного центра по контролю и координации режима прекращения огня, доказательства того, что террористы ведут огонь в обе стороны, давали координаты, откуда бьют минометы.
- И какая реакция?
- Как видите - стрелять продолжают, ничего не меняется.
- Как сейчас общее состояние бойцов вашей бригады?
- Все устали воевать. Скоро почти год, как они воюют. Накопилась усталость. Вы сами сегодня все видели, общались с бойцами. Люди ждут, когда их демобилизуют и отправят домой. Новые бойцы уже подготовлены, есть на кого менять после новой волны мобилизации.
- Как оцениваете качество новых кадров по сравнению с первой волной?
- Пока не могу оценить качество подготовки солдат, но качество самого призывного состава намного лучше. Люди лучше мотивированы. Когда приходила первая волна, никто же не знал, что будет такая война, что придется воевать, стрелять, убивать.
- Сейчас военкоматы лучше работают, на ваш взгляд?
- Конечно. Руководство Вооруженных сил, Генеральный штаб, скажем так, нашли рычаги влияния. Например, позиция президента: отобрал людей - пойди и повоюй с теми, кого отобрал. Тут военком уже подумает о том, кого он берет. И надо ли ему брать в войска какого-то забулдыгу или все-таки того, кто мотивирован и готов воевать.
- Когда состоится полная замена тех, кто уже год воюет?
- Думаю, что до конца месяца всех поменяем.
- Сколько вы лично уже на фронте и в каких операциях участвовали?
- С третьего мая 2014 года. Нашей бригаде довелось освобождать Карловку, Пески, Авдеевку, Водяное, Опытное - направление на аэропорт. Начинали мы в Доброполье с установки блок-постов, чтобы эта зараза дальше не распространялась. Потом начали постепенно продвигаться вперед. Сейчас находимся примерно в тех же пределах. Держим позиции в районе Донецкого аэропорта.
- Солдаты бригады, которые с вами уже год, можно ли сказать, что они чему-то научились за это время?
- Конечно. Люди поняли, что если не убьют они - убьют их. Пришло понимание, что идет война, в отличие от тех, кто ходит сейчас в тылу. Я на сто процентов уверен, что наше общество не до конца осознает, что идет война. А тот, кто сталкивается, - например, волонтеры, - понимают ситуацию.
Некоторые "специалисты" что-то там пишут в Facebook, вкидывают какую-то "сенсацию", а потом идут себе по своим делам, не понимая последствий. Или теоретики, которые сидят в Киеве и советы дают, что надо сделать, как надо делать, кто был прав, кто был неправ, как проводились операции, как не проводились операции, кого надо куда трудоустроить, а кого надо уволить.
Стратегам дивана я бы порекомендовал не теорией заниматься, а прийти и попробовать что-то сделать руками, потому что я вижу, что эти люди не могут отличить теорию от практики. Да, можно много красиво написать, что как делать, но реальность другая. Именно на войне понимаешь, как все имеющиеся средства и возможности можно использовать на самом деле, а не теоретически в набросках в соцсетях. Полно нюансов: начиная от погоды, заканчивая моральным состоянием личного состава. Война имеет огромное количество деталей, которые обывателю не видны. Нет здесь черного или белого. Очень много серого. И вот этим серым надо управлять, чтобы все работало и давало результат.
- Вы военный практик. Ваша оценка возобновления срочного призыва. Это правильное решение и позволит ли оно подготовить эффективных солдат?
- Надо оценивать не только события в Украине, но и общий рост угроз в мире. Мы долгое время шли к тому, чтобы отказаться от призыва. Сначала были два года службы, потом полтора, потом мы отказались вообще. А потом неожиданно пришла война. И так же неожиданно появилась необходимость защищать страну. И оказалось, что делать это некому. Таковы были начальные этапы этой войны.
Срочная служба нужна. Мы должны иметь резервы. На данный момент без этого нельзя, потому что угрозы продолжают существовать и накапливаться. Причем речь не только об Украине и безопасности только нашей страны. Мир стремительно меняется и угроз становится больше, происходят войны в разных частях планеты.
Рост напряженности начался давно. Наверное, где-то в начале 1990-х, когда происходили события в Кувейте. И рост угроз происходит до сих пор. Особенно в нашем регионе. Возьмите Приднестровье, Нагорный Карабах, Абхазию, Грузию, Чечню. Определенное время нас эти угрозы не касались, и мы рассчитывали, что нас это не затронет. Теперь каждый должен понимать, что в стороне отсидеться не получится. И чтобы противостоять вызовам, чтобы защитить себя и страну, каждый должен на своем участке эффективно выполнять свою работу - на своей должности в своем городе, районе, области и в масштабах страны. А пока еще очень многие живут словно в эпоху серебрянного века, барокко или ренессанса.
Посмотрите на события в мире. Исламское государство Ирака и Левана набирает силу. Мусульманские государства начинают воевать. Исламисты по всему миру поднимают голову и несут угрозу порядку и безопасности. И нам сейчас как бы кажется, что нас это все не коснется, что это слишком далеко. Это ошибка. Теперь угроза пришла и в наш дом. Причем с той стороны, откуда мы не ожидали.
- Какие выводы из этого следуют?
- Не хочешь кормить свою армию - будешь кормить чужую армию. Да, регулярные Вооруженные силы - это дорого. Но армия нужна. Армия должна быть, потому что армия - это сила, а сильных уважают.
- Тогда каковы должны быть первые шаги в реформе Вооруженных сил Украины?
- Все последние годы мы практически не выпускали младших офицеров. Этих людей просто мизер. Так что первое решение - готовить правильную кадровую политику, чтобы армия была обеспечена всеми необходимыми звеньями армейской цепи. Нам нужно 10 тысяч офицеров. Сейчас было принято решение о досрочном выпуске офицеров-лейтенантов. Они уже выпустились и через месяц, я думаю, придут к нам в войска. Это будет уже второй военный выпуск, а первый был в августе. На этих людях, которые увидели, что такое война, будет строиться украинская армия. Но для этого должна быть преемственность поколений. Это сложно, но при должном внимании к Вооруженным силам - вполне реально.
Солдат по контракту должен быть обеспечен жильем. Сначала общежитие. Прослужил пять лет и закончил первый контракт, женился, есть семья - получи семейное общежитие. Прослужил десять лет - получи служебную квартиру с возможностью выбрать место жительства после окончания службы. При этом дети военных должны быть обеспечены всем необходимым для жизни и развития, а жены должны иметь работу.
Вспомним советскую систему, которая была разрушена. Тогда все лучшее сначала появлялось в армии, а потом в гражданской жизни. Когда у нас началась война, тепловизоров в армии не было. Но они были у охотников, которые передавали их в армию. То же самое касается ночных прицелов, радиостанций, карематов. Другой пример - спальные мешки. Не ватные мешки по 8,5 килограмм, которые были еще при Советском Союзе. А легкие и теплые, без которых солдат в окопе замерзнет. Сейчас подобные проблемы мы решаем благодаря волонтерам.
Первый наш волонтер - Роман Доник - начал помогать нашей бригаде сразу после Майдана. Волонтеры приехали и началось просто с элементарного - надо 200 килограмм хлорки. Вроде бы кажется, что это не проблема. Но где ее найти и за какие деньги купить? Он взял нас буквально на обеспечение. Все, что надо - все сразу приезжает. Включая автомобили. Я ему очень благодарен. Также благодарен Вике Шинкаренко, Оле, которая концерты нам привозила, Леше из Киева, который своей фамилии не называет, но все время везет сюда машины. О волонтерах надо вообще отдельно говорить и писать, в том числе о Тане Рычковой, которая приезжала во время штурма аэропорта - привезла огнетушители, когда возникла необходимость.
Другой волонтер, Юра Мусягин, приехал и спросил, чего не хватает. Говорю, вот, территориальные батальоны зашли в мое подчинение: тепловизоры, ночники. Сейчас, подожди, говорит. Пошел, насколько я понимаю, к заместителю Коломойского Корбану, переговорил. Все, привозит мне четыре тепловизора, каждый из которых где-то тысяч по шесть стоит, радиостанций штук 50 привез, ночников. То есть батальон обеспечили. И так все время. Завтра Рома Доник еще два тепловизора везет. Даже не представляю, как без волонтеров выглядела бы армия сейчас.
Комбригу звонят по телефону по поводу освобождения пятерых заложников в день записи интервью. Судя по разговору - откуда-то из штаба. Командование интересуется, каким образом Микацу удалось вывести людей. Разглашать детали разговора нельзя. Но официальная версия серьезно отличается от реальности.
- Если рассказывать все, то можно навредить тем, кто остается в заложниках. Надо учитывать, что мы уже 10 месяцев стоим друг напротив друга. Если есть у меня возможность решить что-то по поводу пленных - созваниваемся, решаем. Был у меня 37-й батальон, например. Солдатик из Донецка родом, переодевается, снимает форму и едет в самоволку к сестре погостить в Донецк. На блок-посту сепаратистов показывает военный билет, где написано "мобилизован". Эти на него смотрят: ты что, дебил? Воюешь? Да, говорит. То есть, ты сейчас сходишь к сестре, а потом вернешься и будешь дальше воевать? Ну да, отвечает. Они не поверили. Взяли телефон. А там комбат роты. Забрали они его, короче. Пришлось меняться. Отдал за этого балбеса четыре ящика тушенки.
В целом есть центр по поиску военнопленных. Мы туда подаем запросы, они туда подают запросы. Сейчас трое наших танкистов находятся в плену. Будем искать контакт и освобождать. Из Киева контакты тяжелее найти. Бывает, что через блок-пост передают записку: "У нас есть тот-то и тот-то, а у вас наши тот и тот, давайте меняться". Ну, давайте. Согласовали, поменяли.
- Сколько вам уже удалось вернуть бойцов?
- Общими силами с августа удалось достать порядка 30 человек.
- Это правда, что вас ничем не наградили за год войны? И как с награждением обстоят дела в бригаде в целом?
- Все нормально. Что касается в принципе наград. Я бы хотел напомнить некоторые имена. Все знают киборгов. Например, третий полк спецназа, позывной Редут. Он был непосредственно в аэропорту и организовывал его оборону. Он был крайним, когда шли российские танки одновременно по семь штук по узенькой площадке в 470 метров - ширина взлетной полосы. Они атаковали при поддержке артиллерии. И там же с Редутом воевали мои подразделения, которые помогали держать аэропорт. Каждый воевал по-разному. Я не буду скрывать. Некоторые боялись воевать, прятались и отказывались: "Я не пойду". Такие тоже были. Пытались уговорить их, открывались уголовные дела. Другой пример. Есть журналистка - Снежана - хронометрист. Этой девушкой можно восхищаться. Она заходила туда и работала. Можно отдать должное Правому сектору, который держит Пески и держал этот коридор до аэропорта, чтобы можно было туда подходить и подвозить все необходимое. Есть у них комбат "Черный", который со своими бойцами удерживал рубежи.
Тот же Юра Бирюков. Я так понимаю, что его десантники "на слабо" взяли. И все, он сказал, что привезет им торт и пирожные прямо в аэропорт, как и обещал. Подразделения высокомобильных десантных войск там находились до последнего. Кстати, крайние, кто там оставались, это 93-я бригада, 74-й батальон и подразделения высокомобильных десантных войск.
Потом уже пришла слава под названием "киборги". И все вдруг резко стали "киборгами". То один, то другой. По принципу "я же был в том подразделении". Да, был. Но ты не был в аэропорту. Ты в лучшем случае в Пески зашел или где-то там в Водяное или Опытное. А теперь бирку на себя нацепил. То есть, есть такая пословица: чем дальше от войны, тем больше становятся героем. И такие "герои" тоже есть. Я был в Киеве в Генеральном штабе. Потом уезжал обратно и сорок минут стоял на железно-дорожном вокзале со своим начальником штаба. За 40 минут я увидел 11 человек с бирками "киборг". Да ты хоть бы немного там посидел!
Есть, конечно, неприятные моменты. Например, человек действительно заслужил награду, а какая-то канцелярская крыса сидит и говорит, что это, мол, работа бойца, а не подвиг. Но это редко. Поддержка от командования сектора, командования АТО, оперативного командования и Генерального штаба у нас есть, и если что-то не получается решить на месте, где-то начинаются перепоны, - мы это решаем.
Если говорить обо мне, что я там без награды или еще что-то, то я себя обиженным не считаю. Тяжелее всего не мне, а тому бойцу, который последний сидит в окопе и нажимает на курок. Вот кто герой, которого надо награждать. Да, нам всем тяжело, морально, физически, устаем. Но мы здесь, а солдат каждую секунду сидит в окопе и рискует жизнью. Герои находятся на передке, именно их нужно отмечать и награждать, кто без команды никогда не отступит.
- Бывает такое, что ваши запросы на награждение бойцов где-то теряются?
- Не думаю. Это искусственно поднимается. Когда-то в начале было так, что первая ротация прошла, люди на награждение в списки пошли, из зоны АТО их уже вывели, а награды пришли позже. Но надо понимать, какая нагрузка идет и в штабах. Да, можно сесть, посадить целый отдел клепать награды. Но нам важнее, чтобы были детальнее проработаны операции, чтобы бригада была обеспечена всем необходимым для ведения боевых действий. Вот, что важно. Чтобы никого не забыли. Чтобы ни один пленный "случайно" не пропал из списков и его не забыли. Лично для меня важно, чтобы каждый погибший солдат был найден. Например, под Иловайском. Надо каждого найти и вернуть тело домой, чтобы родители могли его по-людски похоронить. Вот это действительно важно. А награды - это такое. Возможно, когда-нибудь после войны оно как-нибудь будет.
Война имеет огромное количество деталей, которые обывателю не видны. Нет здесь черного или белого. Очень много серого. И вот этим серым надо управлять, чтобы все работало и давало результат
- Как вы думаете, в чем трагедия обороны аэропорта и знаковость?
- В аэропорту формировалась украинская армия. Это было место, где 242 дня наши бойцы держали позиции. Как только россияне ни пытались взять эту позицию: травили газом, взрывали, подрывали. Но сломить не смогли. В конечном итоге ничего не смогли сделать, чтобы выбить нас оттуда и просто взорвали само здание.
Возможно - акцентирую - возможно, оттуда можно было уйти на неделю, на день, на два дня раньше и занять новые позиции. Но на тот момент было решение держать позицию любыми силами.
- Когда говорят о киборгах, все-таки в большей степени имеют в виду 93-ю бригаду, которая отвечает за этот участок фронта.
- Это наша задача, наше направление с первого дня, начиная с освобождения Карловки. Мы разблокировали окружение аэропорта и заняли его. Но все же понятие "киборг" выходит за пределы 93-й бригады. Возвращаясь к спецназу. Тот же Редут, которому дали героя Украины. Я очень был рад, потому что это заслуженно. Я видел, как оно есть, когда он, получив ранение, лежал в окружении груды тубусов от "Мух", он до последнего сидел и отстреливался, не хотел уходить из аэропорта. Но ему руку раздробило и пришлось уйти.
- Критики действий Генерального штаба говорят, что бригады распылены вдоль линии фронта, а не воюют цельно на конкретном отрезке. Насколько это соответствует истине и что вы об этом думаете?
- Не знаю, откуда у этих людей такая информация. Насколько я знаю, комбриги находятся со своими бригадами и воюют со своими бригадами. Возможно, это касается артиллеристов, которых нет смысла держать на одном участке, когда у них 200 орудий. Да, артиллерия может быть придана тому или другому подразделению. Но в целом все воюют так, как и положено.
- Сейчас много говорят о поставках западного оружия, особенно о противотанковых комплексах. Как вы думаете, насколько это оружие может изменить ход боевых действий в Донбассе?
- Это оружие поможет нам победить. Это более современное оружие, которого у нас нет. Если бы на данный момент мы имели такое вооружение, то не было бы ситуации в Дебальцево, не было бы танковых атак, не было бы очень многих моментов, потому что просто не было бы смысла заводить сюда столько техники. По тем же Джевелинам, насколько я знаю, самая успешная в истории операция была с использованием трех расчетов, которые за 2,5 часа подбили 43 танка.
- Если такое оружие появится в Украине, как вы считаете, каковы будут дальнейшие шаги Москвы?
- Бояться больше будут. Но Россия и так тянет в Украину все, что ей хочется, и ложила она на все мировое сообщество. Россияне говорят одно, а делают совершенно другое, втихую. Сейчас они отрицают свои поставки, а после предоставления Украине оружия Западом, перестанут отрицать и скажут: "Да, это наше оружие". Но от этого ничего не меняется. А нам делать вид, что ничего не происходит, было бы неправильно. Поэтому нам нужна помощь. Тяжело с Россией воевать. Но убери из Украины россиян - я на 90% убежден, что со всеми местными мы бы давно договорились и нашли общий язык по децентрализации и местному самоуправлению. Все могло уже давно наладиться, и все бы забыли об этой войне.
- Диалогу мешает Россия?
- Диалогу мешает Россия - это однозначно. Она преследует свои интересы.
- Интернет затопило видео с бурятами из России...
- Да, потому что одни уже поняли, что к чему. А до этих еще не дошло, что здесь убивают, поэтому они и лезут сюда. Я смотрел видео, где Кобзон приехал к обожженному буряту: "Вы бурят? Как я рад!". Это, конечно, хит. У человека горе, а этот радуется, что встретил воюющего бурята в Украине.
дальше тут
Тема: 
РоZZийские фашисты начали войну против Украины.
Показать скрытый текст
Паническая атака. Заработали тяжёлые фэйкомёты, засвистела реактивная деза, а сеятели паники и зрады всех мастей поднялись в полный рост и пошли в психическую атаку.
Ответить с цитированием
Сообщение от Nickolay
Социальные закладки