"Жидобандеровец" в Оккупации
"Покидаю Севастополь с грустью. С грустью о том городе, который был радушен, вежлив, чист. Прекрасный город у моря, каким я запомнил его ещё в начале 90-х, когда приезжал сюда на отдых с родителями на месяц. Город тогда был закрытым, и проехав блокпост, я ощутил приобщение к какой-то очень важной тайне. Мы тогда жили в каюте на пришвартованном лайнере, бродили по бесконечным памятникам Севастополя, местам боевой славы; пляжи, панорама, чёртово колесо, морские прогулки. А на день города был самый красивый салют, который мне довелось видеть в жизни, когда салюты взлетают в небо со всех кораблей и отражаются на глади моря. Именно таким я и постараюсь его запомнить, чтоб выбросить из памяти тот незнакомый город, каким я видел его последние две недели.
Как рождается фашизм в головах людей? Когда наступает тот момент, когда в инакомыслящих люди начинают видеть злейших врагов? Когда начинает собираться пена во рту? Кто кричит первым, когда вполне приличная толпа обывателей начинает скандировать: сжечь её, она ведьма! Все беды от неё!
Люди готовы нас разорвать на части не понимая, что мы им хотим подарить свободу.
Опыт, который я получил, проведя время в оккупации, это опыт еврея в Берлине 30-х годов. Когда ты понимаешь, что если люди в городе поймут, кто ты такой, то никто тебя не спасёт. Милиция с ними, бабушки с ними, продавцы в магазине, таксисты, бармены в кафе и ресторанах... По улицам ходят казачки и проверяют прописку, или подвыпившая самооборона загадывает загадки на знание улиц и бухт города.
Друзья есть, у меня много контактов сильных и смелых ребят, которые что-то делают даже в такой блокаде. Помогают частям, распространяют хоть какую-то правдивую информацию, в конце-концов просто борются за мир. Но если меня словят, я знаю, что не стану им звонить и звать на помощь. Иначе словят и их. Нас мало. Нас ловят.
Нас сдали официанты в ресторанчике Рим на площади Нахимова. Мы там перекусили и ловили вайфай. Я и мои друзья Рома и Маша из Киева. Маша разговаривала по скайпу с отцом, забыв про осторожность. Говорила просто о настроениях в городе. Вошли двое милиционеров в форме и двое казачков. Попросили документы. Ребята показали паспорта с киевской пропиской, я, хоть и имел паспорт с собой, назвался другой фамилией, сказал, что сам из Ялты, а паспорт не брал. Вежливо-настойчиво нас посадили в обезьянник и повезли в Ленинское РОВД. По дороге я засунул скрученный паспорт под одежду в район бицепса. Приехали. Нас через систему дверей и решеток повели на четвертый этаж. Ребята остались в коридоре, а меня первым вызвали на дачу показаний.
Врал я очень много и размашисто. И про свою нелегкую судьбу жизни в Ялте, и про ремонт на даче у моря, который родители только закончили в кредит и ждали летом прибыли, а теперь шиш. Напрочь отказался от дачи отпечатков пальцев - православная вера не позволяет. Никто так и не понял почему. Меня обыскали, даже разуться заставили. Полностью облапали, но руки так и не трогали. Смотря на поздний час, дали подписать протокол на чужое имя, сфоткали на телефон, забрали карточку из зума, и решили отпустить.
Нас с Машей благополучно вывели, и попросили подождать друга внизу. За ребятами уже приехали родственники, и я, уехал от греха подальше...."
(Натисніть на назву матеріалу - там повний текст)




Тема:
Ответить с цитированием




Социальные закладки