Показать скрытый текст ...
«Золотой век» меценатства в России. Причины появления меценатов. Восемнадцатый-начало девятнадцатого века, отмечены благотворительными делами крупных представителей просвещенной дворянской филантропии. Яркими образцами благотворительных учреждений этого времени являются Голицинская больница, первая градская больница, Шереметевский дом, Мариинская больница и др. Еще раз подчеркну одну из характерных особенностей российского предпринимательства, его определенную историческую традицию: едва зародившись, оно естественно и надолго связало себя с благотворительностью. Союз предпринимательства и благотворительности убедительно прослеживается на примере многих известных купеческих династий. Такой союз едва ли был случайным. Предприниматели, безусловно, были заинтересованы в квалифицированных работниках, способных овладеть новым оборудованием, новейшими технологиями в условиях все возрастающей конкуренции. Не случайно поэтому огромные средства отчислялись дарителями прежде всего на образование. И особенно на профессиональное. Были и другие причины, объясняющие появление потомственных благотворителей. Можно с уверенностью сказать, что одни из самых значимых в ряду уже упомянутых- причины религиозного характера, диктовавшиеся давними традициями милосердия и благотворительности на Руси, осознанием потребности помогать другим. Настоящему меценату ( с точки зрения отечественных традиций), истинному благотворителю не нужна в качестве компенсации реклама, позволяющая сегодня с лихвою возместить затраты. Показательно в этой связи, что Савва Тимофеевич Морозов обещал всестороннюю помощь основателям Художественного театра при условии: его имя не должно упоминаться в газетах. Хорошо известны случаи когда меценаты по призванию, отказывались от дворянства. Один из представителей этой замечательной династии «профессиональных благотворителей» Алексей Петрович Бахрушин (1853-1904)- библиофил и собиратель произведений искусства, завещал в 1901г. свои коллекции Историческому музею, по «формулярному списку», составленному в том же году купеческой управой, в службе не состоял, отличий не имеет. [3]Предположительно, что сумма П.Г.Шелапутина (на его средства были созданы гинекологический институт, мужская гимназия, 3 ремесленных училища, женская учительская семинария, дом для престарелых) превысила 5 млн. рублей, но учесть всех пожертвований было невозможно, так как он скрывал эту сферу жизни даже от близких. [4] Ретроспектива благотворительности, милосердия, меценатства велика по времени, богата ярчайшими примерами, позволяет выявить очевидную преемственность добрых деяний, истоки и тенденции отечественного меценатства. Но и на богатом фоне меценатства в России конец девятнадцатого- начало двадцатого веков могут быть по справедливости названы его «золотым веком», порой его подлинного расцвета. И Эта пора была связана, главным образом, с деятельностью именитых купеческих династий, давших «потомственных благотворителей». Только в Москве ими были осуществлены столь крупные начинания в области культуры, просвещения, медицины, самых различных областей науки, что можно с полным основанием утверждать: это был качественно новый этап благотворительности. По инициативе действительно просвещенных и по-настоящему образованных дарителей, развивались становящиеся приоритетными отрасли отечественной науки, открывались уникальные галереи и музеи, получили заслуженное признание у отечественной интеллигенции театры, которым было суждено осуществить глобальную реформу всего театрального дела. Такими стали Третьяковская галерея, Щукинские и Морозовские собрания современной французской живописи, Бахрушинский театральный музей, Частная опера С.И.Мамонтова, Частная опера С.И.Зимина, Московский Художественный театр, Музей изящных искусств ( на строительство которого заводчик, крупный землевладелец Ю.С. Нечаев- Мальцев потратил более 2 млн. рублей), Философский и Археологический институты, Морозовские клиники, Коммерческий институт, Торговые школы Алексеевых, Морозовых и т.д. Благодаря пожертвованиям Варвары Алексеевны Морозовой стало возможным создание первой в России бесплатной библиотеки-читальни имени И.С.Тургенева, содержавшей 3279 томов. В этой семье и отец, и дочь были страстными любителями книги и многое сделали для ее пропаганды в стране. Перед нами еще одна династия благотворителей, коллекционеров и меценатов самого высокого стиля. Все приведенные примеры отмечены рядом общих черт: социальной значимостью, демократической направленностью, полнейшим бескорыстием, давними традициями благотворительности, что обусловлено принципами, убеждениями, личностными качествами. Наиболее выдающиеся меценаты конца 19-начала 20 вв. Рассмотрим подробно наиболее известных меценатов России. С.И.Мамонтов. Меценатство Саввы Ивановича было особого рода: он приглашал своих друзей-художников в Абрамцево, зачастую вместе с семьями, удобно располагал в основном доме и флигелях. Все приезжавшие под предводительством хозяина отправлялись на природу, на этюды. Все это весьма далеко от привычных примеров благотворительности, когда меценат ограничивает себя передачей определенной суммы на доброе дело. Многие работы членов кружка Мамонтов приобретал сам, для других находил заказчиков. Одним из первых художников к Мамонтову в Абрамцево приехал В.Д. Поленов. С Мамонтовым его связывала духовная близость: увлечение античностью, музыкой, театром. Был в Абрамцеве и Васнецов., именно ему обязан художник своим знанием древнерусского искусства. Тепло отеческого дома художник В.А. Серов найдет именно в Абрамцеве. Савва Иванович Мамонтов был единственным бесконфликтным покровителем искусства Врубеля. Для очень нуждавшегося художника нужна была не только оценка творчества, но и материальная поддержка. И Мамонтов широко помогал, заказывая и покупая произведения Врубеля. Так проект флигеля по Садово-Спасской заказывает Врубелю. В 1896 г. художник по заказу Мамонтова выполнил грандиозное панно для Всероссийской выставки в Нижнем Новгороде: «Микула Селянинович» и «Принцесса Греза». Хорошо известен портрет С.И. Мамонтова. Мамонтовский художественный кружок был уникальным объединением. Также хорошо известна Частная опера мамонтова. Можно сказать вполне определенно, что если бы все достижения Частной оперы Мамонтова были бы ограничены лишь тем, что она сформировала Шаляпина- гения оперной сцены, то и этого было бы вполне достаточно для самой высокой оценки деятельности Мамонтова и его театра. М.К.Тенишева (1867-1928) Мария Клавдиевна была незаурядным человеком, обладательницей энциклопедических знаний в искусстве, почетным членом первого в России союза художников. Поражают масштабы ее общественной деятельности, в которой ведущим началом было просветительство: ею было создано Училище ремесленных учеников( под Брянском), открыто несколько начальных народных школ, совместно с Репиным организованы рисовальные школы, открыты курсы для подготовки учителей, и даже создан на Смоленщине самый настоящий аналог подмосковного Абрамцева- Талашкино. «Созидательницей и собирательницей» назвал Тенишеву Рерих. И это действительно так и это в полной мере относится к русским меценатам золотого века. Тенишева не только на редкость разумно и благородно ассигновала деньги на цели возрождения отечественной культуры, но и сама непосредственно, своим талантом, знаниями и умениями внесла заметный вклад в изучение и развитие лучших традиций отечественной культуры. П.М. Третьяков (1832-1898). В.В. Стасов, выдющийся русский критик, в некрологе на смерть Третьякова, писал: «Третьяков умер знаменитым не только на всю Россию, но и на всю Европу. Приедет ли в Москву человек из Архангельска или из Астрахани, из Крыма, с Кавказа или с амура- он тут же назначает себе день и час, когда ему надо идти в Лаврушинский переулок, и посмотреть с восторгом, умилением и благодарностью весь тот ряд сокровищ , которые накоплены этим удивительным человеком в течении всей его жизни.» Не менее высоко оценивали подвиг Третьякова и сами художники, с которыми он был прежде всего связан на ниве собирательства. В феномене П.М. Третьякова впечатляет верность цели. Подобной идея - положить начало общественного, всеми доступного хранилища искусства – не возникала ни у кого из современников, хотя частные коллекционеры существовали и до Третьякова, но они приобретали картины, скульптуру, посуду, хрусталь и т.д. прежде всего для себя, для своих частных собраний и видеть принадлежавшие коллекционерам произведения искусства могли немногие. В феномене Третьякова поражает также и то, что он не имел никакого специального художественного образования, тем не менее раньше других распознавал талантливых художников. Раньше многих он осознал неоценимые художественные достоинства иконописных шедевров Древней Руси. Всегда есть и будут разного калибра меценаты, разного масштаба коллекционеры. Но в истории остались немногие: Николай Петрович Лихачев, Илья Семенович Остроухов, Степан Павлович Рябушинский, и т.д. Настоящих меценатов всегда было мало. Даже если наша страна возродиться, много меценатов не будет никогда. Все известные коллекционеры и меценаты были людьми глубокой веры и цель каждого из них была служить людям. Глава 2. Коллекционеры. Всеми богатствами, которыми владеют наши музеи, самим поступательным движением музейного дела в России, поисками, открытиями мы обязаны им- энтузиастам, собирателям, меценатам. Никаких государственных программ и планов не было в помине. Каждый коллекционер был предан своему кругу увлечений, собирал приглянувшиеся ему свидетельства былых времен, произведения художников, как умел, их систематизировал, иногда исследовал и публиковал. Но последствия этой стихийной деятельности оказались в итоге грандиозными: ведь все фонды музеев дореволюционной России были составлены не столько из отдельных предметов, сколько именно из собраний, скрупулезно подобранных. Коллекции частных лиц- собрания многие и разные- не были похожи друг на друга, отбор подчас становился не строг, и тогда профессионалы имели право назвать увлечение любительством. Однако наличие коллекций, взаимно одна другую дополнявших, позволяло формировать фонды музейных ценностей полно и многообразно, во всех тонкостях отражая представление русского общества о тех или иных периодах и явлениях в русской и западной культуре. Интуиции прирожденного коллекционера можно посвятить специальное исследование. Но то, что этим качеством обладали виднейшие наши собиратели, не требует доказательств. Иначе не объяснить, как ими были оценены и собраны те памятники искусства, которые получили признание лишь годы и десятилетия спустя. Только благодаря своеобразному провидческому дару знаменитых русских коллекционеров наши музеи располагают уникальным сотавом экспонатов- произведений искусства мирового значения не только нового времени, но и более давних веков. Рассмотрим деятельность отдельных коллекционеров. Г.Д. Костаки (Костакис) Человек выдающийся во многих отношениях. Грек по национальности, он родился и большую часть своей жизни прожил в России. Лишь на склоне дней вернулся на землю своих предков, где в 1990г. скончался. У Георгия Дионисовича не было никакого художественного образования, но увлечение искусством привело к тому, что он стал коллекционировать живопись, графику, иконы. Костаки приобрел поистине мировое имя, создав уникальную галерею произведений художников русского авангарда. Деятельность, в которой он видел смысл своей жизни, в Москве, по крайней мере в официальных кругах, не была оценена по достоинству. Да и коллекционер, во всяком случае в предвоенные годы и послевоенные десятилетия, не афишировал ее. Заграничный паспорт был слабой защитой от произвола властей в те времена, когда за одно упоминание имен художников-авангардистов человек рисковал быть репрессированным. Но Костаки рисовал. В отличие от дореволюционных предшественников-меценатов Костаки не обладал миллионным состоянием. Ограниченность в средствах компенсировалась страстной жаждой собирательства. И со временем о его коллекции с почтением заговорили во всем мире. Приезжавшие в Москву, будь то крупный государственный деятель или простой художник, стремились побывать в квартире Костаки на проспекте Вернадского и увидеть знаменитое собрание. Только «хозяева» московских музеев и их чиновные покровители из Министерства культуры чурались общения с Костаки, с тем, кто настойчиво предлагал передать свою коллекцию государству. Упорство и нежелание верноподданных сломили темпераментного грека. Он вынужден был покинуть Россию, оставив в дар Третьяковской галереи большую часть своего собрания, оцененного, между прочим, в баснословные суммы западными специалистами. Вместе с большим своим семейством он поселился в Афинах. Прошел год, и выставки, составленные из вывезенных им произведений, с триумфом начали путешествовать по престижным залам Европы, Америки и Канады. По его судьбе видно, как нераздельно соединяется страсть коллекционера и призванием мецената, однако от другого просто трудно отделить: ведь все известные русские меценаты были, как правило, и крупными собирателями. В.Н. Баснин (1799-1876) Коллекционер, библиофил Василий Николаевич Баснин много времени и стараний отдавал общественному труду, историко-краеведческим исследованиям, коллекционированию. Еще в молодые годы предметом его увлечений стали гравюры. Интерес к этому роду графического искусства усилился после того, как в Москве и Петербурге завязались у него знакомства с художниками. Помимо гравюр в собрание Баснина входили акварели, рисунки и живопись русских и западноевропейских мастеров и графика китайских художников. Он обладал уникальной по составу библиотекой. В ней насчитывалось около двенадцати тысяч книг- это было крупнейшее частное собрание тех лет. Преобладали в нем исторические сочинения и художественная литература. После смерти коллекционера материалы по истории Сибири были переданы в государственные архивы. Ныне баснинское собрание храниться в Москве- в гравюрном кабинете государственного музея изобразительных искусств имени А.С. Пушкина. При бесспорно большой положительной роли художественного коллекционерства, которым увлекались видные представители нового класса, передового купечества, было в этом увлечении немало наивного преклонения перед последней модой парижского художественного рынка. Характерным для Москвы и одним из самых ярких явлений ее художественной жизни было собирание Сергеем Ивановичем Щукиным своей картинной галереи французской живописи. Заключение. Все вышеуказанное доказывает, что меценатство не было эпизодом, деятельность немногих образованных капиталистов, оно охватывало самые разные среды и было велико по сути, масштабам сделанного. Отечественная буржуазия действительно оказывала заметное влияние на культуру России, ее духовную жизнь. Характеризуя «золотой век» меценатства в России, надо отметить то обстоятельство, что пожертвования меценатов, в частности московских, нередко были основным источником развития целых отраслей городского хозяйства(например, здравоохранения). Меценатство в России в конце девятнадцатого-начале двадцатого веков было существенной, заметной стороной духовной жизни общества; оно в большинстве случаев было связано с теми отраслями общественного хозяйства, которые не приносили прибыли и не имели поэтому никакого отношения к коммерции; само число меценатов в России на рубеже двух веков, наследование добрых дел представителями одной семьи, легко просматриваемый альтруизм благотворителей, удивительно высокая степень личного, непосредственного участия отечественных меценатов в преобразовании той или иной сферы бытия- все это в совокупности позволяет сделать некоторые выводы. Во-первых, среди черт,определяющих своеобразие отечественной буржуазии, одной из главных и почти типичных была благотворительность в тех или иных формах и масштабах. Во-вторых, личностные качества известных нам меценатов «золотого века», спектр их ведущих интересов и духовных потребностей, общий уровень образованности и воспитанности, дают основание утверждать, что перед нами подлинные интеллигенты. Их отличает восприимчивость к интеллектуальным ценностям, интерес к истории, эстетическое чутье, способность восхищаться красотой природы, понять характер и индивидуальность другого человека, войти в его положение, а поняв другого человека, помочь ему, обладание навыками воспитанного человека и т.д. В-третьих, обозревая масштабы сделанного меценатами и коллекционерами в России на рубеже веков, прослеживая сам механизм этой удивительной благотворительности, учитывая их реальное воздействие на все сферы бытия, приходим к одному принципиальному выводу- отечественные меценаты в России «золотой поры»- качественно новое образование, оно просто не имеет аналога в истории цивилизации, в опыте других стран. У старых меценатов и коллекционеров был глаз, и это, наверное, самое главное- эти люди имели собственное мнение и смелость отстаивать его. Только человек, который имеет собственное мнение, достоин называться меценатом, иначе это спонсор, который дает деньги и верит, что другие их правильно используют. Так что право быть меценатом надо заслужить, деньгами его не купишь. Всякий ли миллионер может быть покровителем искусства? Сегодня в России вновь появились богатые люди. Настолько ли богатые, чтобы создавать картинные галереи, -не знаю, но все же материальная основа для возрождения широкой благотворительности, на мой взгляд, есть. Дающий деньги-это еще не меценат. Но лучшие из современных предпринимателей понимают, что благотворительность- обязательная спутница солидного бизнеса. Они начинают создавать галереи, полагаясь на своих консультантов. К сожалению, у нас сейчас в стране нет культурной среды для развития меценатства, такой, какой была среда старообрядческая. Меценатами не рождаются, ими становятся. И я думаю, что нынешние меценаты и коллекционеры должны стремиться прежде всего потратить силы и средства на то, чтобы восстановить созданное их предшественниками сто лет назад
Современная Россия. Реалии и прогнозы II.
Сообщение от Добро
Ваши права
Тема: 
Ответить с цитированием
Социальные закладки