Два мира представляют собой резкий контраст друг с другом на границе между Литвой и Белоруссией: в особенности автократичным государством-наследником Советского Союза и одной из молодых восточноевропейских демократий. И, снова, их разделяет железный занавес.
Тем более удивительным выглядит то, что многие по обе стороны границы тоскуют по Советскому Союзу. «По крайней мере, у нас тогда была работа, а сегодня мы не знаем, что произойдет завтра», - говорит Аленцинович. Через границу, в Белоруссии, Геннадий, муж его тети Янины, надеется, что «Путин в один прекрасный день вновь объединит нас», вспоминая о российском премьере. Разве это был не Путин, кто однажды охарактеризовал распад Советского Союза как «величайшую геополитическую катастрофу века?»
Аленцинович, литовец, вечером наносит визит своей соседке Леокадии. Как и все в деревне, 53-летняя женщина живет на то, что дает ее маленькое хозяйство - десяток кур, два поросенка и корова, которая она ласково зовет «Малинка». Она интересовалась остальным миром со времен своей молодости, и позже даже назвала своих собак в честь известных политиков. Одну из ее собак звали Горбачев, «в честь уничтожителя Советского Союза», говорит она.
Старая империя вновь оживает в гостиной Леокадии каждый вечер в семь часов, когда она смотрит новости. Вместо литовского канала она смотрит белорусский и восхищенно слушает своего кумира Лукашенко. Ей нравится смотреть, как он жмет руки заводским рабочим и говорит о солидарности с Кубой и Внесуэлой, и когда ведущий говорит о том, «как белорусский опыт вносит свой вклад в возрождение Ирака». Этот язык напоминает ее детство в Советском Союзе.
На самом деле визит в Белоруссию может дать примерное представление о том, как бы мог выглядеть Советский Союз, если бы коммунисты остались у власти. Лукашенко, бывший председатель колхоза, подавляет оппозицию и отдает приказы о закрытии газет с критикой. Но улицы в его стране в лучшем виде, чем в Польше или в России. В колхозах есть современные зерновые элеваторы, в то время как фермерские хозяйства на литовской территории у границы представляют собой лишь руины, после того как не смогли справиться с конкуренцией со стороны Западной Европы, которая может производить молоко и пшеницу дешевле.
То, что осталось от колхоза «Дружба», находится рядом с указателем на Норвилишкес. В лучшие дни в этом хозяйстве было восемьсот коров, но сегодня там только три. Этот упадок помогает объяснить, почему Леокадия, как и большинство из оставшихся с литовской стороны двадцати жителей, предпочли бы сегодня жить в Белоруссии, предполагаемом государстве всеобщего благосостояния. На самом деле, говорит она, возвращение старого Советского Союза было бы еще лучше.
Социальные закладки