Любимые стихи

[_Глафира_]

Впіймай цю мить...
Відчуй, що ти щаслива ...
Бо ти жива... Бо час іще біжить...
Й душа твоя, як дівчинка мрійлива
Навчилась вірити ... Хоч, інколи, й болить ...
Пробач собі... Усе, що не збулося.
І все, що вже не збудеться,
Прости і відпускай... Чуже... Чужих...
Як осінь...
Й чекай з надією прийдешньої весни...
Собою будь... Я дам тобі пораду...
Людиною лишися до кінця...
Шукай у вічному наснагу і розраду
І пам'ятай, що щастя - то життя.

[Шарки]

Ходики



Когда в мой дом любимая вошла,

В нём книги лишь в углу лежали валом.

Любимая сказала: «Это мало.

Нам нужен дом». Любовь у нас была.

И мы пошли со старым рюкзаком,

Чтоб совершить покупки коренные.

И мы купили ходики стенные,

И чайник мы купили со свистком.

Ах, лучше нет огня, который не потухнет,

И лучше дома нет, чем собственный твой дом,

Где ходики стучат старательно на кухне,

Где милая моя и чайник со свистком.

Потом пришли иные рубежи,

Мы обрастали разными вещами,

Которые украсить обещали

И без того украшенную жизнь.

Снега летели, письмами шурша,

Ложились письма на мои палатки,

Что дома, слава Богу, всё в порядке,

Лишь ходики немножечко спешат.

Ах, лучше нет огня, который не потухнет,

И лучше дома нет, чем собственный твой дом,

Где ходики стучат старательно на кухне,

Где милая моя и чайник со свистком.

С любимой мы прожили сотню лет,

Да что я говорю – прожили двести,

И показалось мне, что в новом месте

Горит поярче предвечерний свет

И говорятся тихие слова,

Которые не сказывались, право,

Поэтому, не мудрствуя лукаво,

Пора спешить туда, где синева.

С тех пор я много берегов сменил.

В своей стране и в отдалённых странах

Я вспоминал с навязчивостью странной,

Как часто эти ходики чинил.

Под ними чай другой мужчина пьёт,

И те часы ни в чём не виноваты,

Они всего единожды женаты,

Но, как хозяин их, спешат вперёд.

Ах, лучше нет огня, который не потухнет,

И лучше дома нет, чем собственный твой дом,

Где ходики стучат старательно на кухне,

Где милая моя и чайник со свистком.

Юрий Визбор

[Парусник]

Что хорошего в июле ?
Жуткая жара.
Осы жалятся как пули.
Воет мошкара.

Дождь упрямо избегает
тротуаров, крыш.
И в норе изнемогает
Полевая мышь.

Душно в поле для овечки,
В чаще для лося.
Весь июль купайся в речке
вместо карася.

Иосиф Бродский

[Шарки]

Марина Бойкова


- Алло! С вами говорит женщина,
Не того роста, не того возраста,
Не накрашенная, обесцвеченная,
Языком вина, из другого города...
Просто захотелось с кем-то общения,
И не потому, что она там пьяная,
Просто ей так плохо, прошу прощения,
Что она безликая... безымянная...
Послушайте, не кладите трубочку,
Вы больше ее никогда не услышите...
Поддержите и подождите чуточку,
Она послушает, как вы дышите...
А давайте выпьем на расстоянии,
Если нет вина, налейте водочки,
Войдите в положение и состояние,
Увидите, как качаются звездочки...
Она поведает свою историю...
А вы ответьте: «Шутите?! Да боже мой!..»
Быть может, выскажите ей теорию,
Взвесите, обозначите своей ценой.
Только не делайте вид, что вам все равно,
От души пожелайте ей хорошего,
И чтоб в одиночестве не пила вино...
Хоть в вашей жизни столько похожего...

[cote d'Ivoire]

День июльский тянется
Весело и длинно.
Земляника кончилась,
Подошла малина...

Очень скоро яблоки
Станут веткам в тягость.
Мы и не опомнимся,
Как наступит август.

И берёт нас за душу
Каждая примета.
Счастье быстротечное,
Середина лета ...

Михаил Матусовский

[Шарки]

Марина Бойкова


А что вы хотите, в принципе?
Как часто в семнадцать лет
Болеют девчонки принцами,
Выходят из тени в свет.
Блистают нарядом Золушки,
Хрустят в тишине каблучком,
Накрасят помадой перышки
И светятся светлячком.
Но все до поры до времени...
И сказке придет конец!
Куда им без роду - племени?
Служанками во дворец?
У принцев другие принципы,
И нравы, и вкус другой.
Бездельники! Гнут мизинцами -
Привыкли владеть слугой.
У принцев другие правила,
И мало лишь Золушкой быть...
А туфельку где-то оставила,
В надежде обворожить.

[Парусник]

Тараканы.

Тараканы в высотном доме -
бог не спас,
Моссовет не спас.
Все в трагической панике -
кроме тараканов,
штурмующих нас.
Адмиралы и балерины,
физик-атомщик и поэт
забиваются под перины,
тараканоубежища нет.

На столе у меня ода -
тяжкий труд,
а из мусоропровода
гости прут.
Только Зыкина запела,
с потолков
подпевать пошла капелла
прусаков.
Композитор Богословский
взял аккорд,
а на клавиш вспрыгнул скользкий
рыжий черт.

Тараканы тихони,
всееды,
археологи грязных посуд.
Тараканы-искусствоведы
по настенным гравюрам ползут.
Тараканы,
на нашу набережную
в дом-гигант на Москве-реке
вы с какою старушкой набожной
тихо въехали в сундучке?
И, воспитанная веками,
применяет угрозы и лесть
психология тараканья
тех,
чья формула это - пролезть.
На словах этот парень как витязь,
он за правду пойдет на таран,
но какая-то в нём
глянцевитость.
Осторожнее -
таракан!
Плагиаторы,
вкусно похрумкивающие,
не посыпаны порошком.

Тараканы,
стишки похрюкивающие,
в шапках пушкинских -
пирожком.
Развлекательство,
развлекателъство,
ресторанное "эге-гей"
угрожающе резво катится
на эстрады из всех щелей.
Вся бездумщина,
вся цыганщина,
весь набор про сердца на снегах -
это липкая тараканщина
с микрофонами в лапках-руках.
Надо нашему дому очиститься.
Дело будет, товарищи, швах,
если взмоют ракеты космические
с тараканами,
скрытыми в швах.
Больше дуста сыпьте, товарищи,
если пакостно пробрались
тараканы и тараканища
в дом высотный -
в социализм.

1971

Е.Евтушенко

[cote d'Ivoire]

* * *
Порой в отчаянье приводит
Меня наш старый шар земной:
Он так давно вкруг солнца ходит
Своей незримою тропой;

В нем всё так сложно, так огромно;
Так он красив и так богат...
Но качеств этих результат
Для жизни - менее чем скромный.

Зачем вертится он века,
Как в колесе вертится белка?
Зачем так форма велика,
Коль содержание так мелко?..

Всему политики виной,
С душой ко злу лишь только чуткой.
Без них такой нелепой шуткой
Мне не казался б шар земной.

Ну не обидно ль, в самом деле?
Они пришли, как ночью тать,
Судьбой вселенной завладели
И род людской вернули вспять.

Опять - стремленье всех ослабить,
И к старой цели - старый путь:
Нахально друга обмануть,
Нещадно недруга ограбить.

Народы все возбуждены
И ждут лишь рокового часа,
Потехам бешеной войны
Готовя пушечное мясо.

Какой тут нравственный успех?
Мы только грубой силе верим,
Когда, в чаду таких потех,
От человека пахнет зверем...

Мне и досадно и смешно,
Когда я слышу хор хвалебный
Творцам политики враждебной:
"Как дальновидно! Как умно!"

Ума тут нет. Я протестую.
И, кстати, истину простую
Пусть подтвердит мое перо:
"Умно то только, что добро".

Алексей Жемчужников,

5 ноября 1891

[Шарки]

Марина Бойкова


Я хотела бы рядом с тобой состариться,
Волновать твое сердце и очень нравиться...
Есть готовить и рядом греметь посудой,
По-домашнему в фартуке, и разутой...

Я хотела бы утром, идя на работу,
Заварить тебе чай, накормить бутербродом,
Возвращаясь, купить тебе что-нибудь сладкого,
Шоколадно-воздушного с мармеладкою...

Я хотела б отгадывать вместе кроссворды,
Обыграть тебя в нарды, поставить рекорды.
И под ручку ходить по вечернему городу,
Целовать и колоться губами об бороду...

Я хотела б читать с тобой рядышком книжки,
И, очнувшись, спросить: "Ну, и как там делишки?"
И увидев грустинку в глазах, улыбнуться...
И спросить: "Ну, ты что?" и рукою коснуться...

Я хотела б замерзнуть, промокнуть до нитки,
Чтобы ты волновался и звал бы "бандиткой"...
Согревал бы мне руки и тело дыханьем,
"Будь здорова!" - шептал бы мне между чиханьем...

Я хотела...

[Парусник]

Дождь.

В тумане облачных развалин
Встречая утренний рассвет,
Он был почти нематериален
И в формы жизни не одет.
Зародыш, выкормленный тучей,
Он волновался, он кипел,
И вдруг, веселый и могучий,
Ударил в струны и запел.
И засияла вся дубрава
Молниеносным блеском слез,
И листья каждого сустава
Зашевелились у берез.
Натянут тысячами нитей
Меж хмурым небом и землей,
Ворвался он в поток событий,
Повиснув книзу головой.
Он падал издали, с наклоном
В седые скопища дубрав.
И вся земля могучим лоном
Его пила, затрепетав.

1953 г.

Николай Заболоцкий

[Шарки]

Ночные видения и страхи

Владимир Шумилов


Горит огарочек свечи,
мерцает.
Как тень колышется в ночи
и тает,
расплывшись дымом, нагота –
виденье.
Раскинув руки, чернота
саженью
накрыла тонкий фитилёк
сонливый.
Застыл на нити паучок
пугливый.
То ли в углу лежит покойник,
мёртвый,
то ли колотит в дверь разбойник
тёртый.
Испуг, озноб, ожог
и завыванье.
Далёкий лай собак
и трепетанье
души нестойкой. Страх!
И в спальне
бьёт тишина в ушах
по наковальне.

[cote d'Ivoire]

О погоде в последние 48 часов ))

Письмо про дождь

Идут обыденные дожди,
по собственным лужам
скользя.
Как будто они поклялись идти, -
а клятву нарушить
нельзя…
Даже смешно— ничего не ждешь.
Никакого чуда
не ждешь.
Засыпаешь —
дождь.
Просыпаешься —
дождь.
Выходишь на улицу —
дождь.
И видишь только пустую мглу,
город видишь
пустой.
А воды вокруг! —
Столько воды,
просто некуда разливать.
У подъезда в глине «газик» увяз,
на балконе слоем— вода…
А они идут— слепые дожди.
Ни деревьев нет, нитравы…
Море гудит замоим окном,
как поезд, идущий к тебе.

Роберт Рождественский

[Козадереза]

Вот она, вот она -
Наших душ глубина,
В ней два сердца плывут, как одно, -
Пора занавесить окно.

Пусть в нашем прошлом будут рыться люди странные,
И пусть сочтут они, что стоит все его приданное, -
Давно назначена цена
И за обоих внесена -
Одна любовь, любовь одна.

Холодна, холодна
Голых стен белизна, -
Но два сердца стучат, как одно,
И греют, и — настежь окно!

Но перестал дарить цветы он просто так, не к случаю,
Любую женщину в кафе теперь считает лучшею.
И улыбается она
Случайным людям у окна,
И привыкает засыпать одна.

Владимир Высоцкий

[Шарки]

Аркадий Бельман


Слепые однажды затеяли спор
О том, что волнует всех их до сих пор:
«Так что же такое на свете любовь,
Которую хочет увидеть любой?»

Амурчик, услышав слепых разговор,
Привёл к ним Любовь, чтоб закончить их спор –
Девчонку весёлую лет двадцати.
Старейший, понюхав, сказал: «Не ахти,

Вдыхал я и раньше такие духи.
Любовью не пахнет, а так – пустяки.»
Второй, помоложе, потрогав живот,
Открыл в изумленьи беззубый свой рот.

А третий, пощупав упругую грудь,
Сказал возбуждённо: «Любовь – это ртуть!
Её я потрогал – всё время дрожит.
Рука моя к ней прилегла, как магнит.

И каждый незрячий потрогал Любовь,
И каждый понЯл, что волнует так кровь.

[Парусник]

На жизнь хватает. Жизни не хватает.
На жизнь хватает. И не на одну.
Но та одна, что есть, всё время
тает
И улетает. Как её верну?
Всего хватает: и любви и смеха,
И слёз, и снов, и всяческих чудес.
Есть лишь одна серьёзная помеха:
Что времени, что времени в обрез.

Лариса Миллер

[Шарки]

Владимир Высоцкий

Райские яблоки

Я когда-то умру — мы когда-то всегда умираем.
Как бы так угадать, чтоб не сам — чтобы в спину ножом:
Убиенных щадят, отпевают и балуют раем…
Не скажу про живых, а покойников мы бережём.
В грязь ударю лицом, завалюсь покрасивее набок —
И ударит душа на ворованных клячах в галоп!
В дивных райских садах наберу бледно-розовых яблок…
Жаль, сады сторожат и стреляют без промаха в лоб.
Прискакали. Гляжу — пред очами не райское что-то:
Неродящий пустырь и сплошное ничто — беспредел.
И среди ничего возвышались литые ворота,
И огромный этап у ворот на ворота глядел.
Как ржанёт коренной! Я смирил его ласковым словом,
Да репьи из мочал еле выдрал, и гриву заплёл.
Седовласый старик что-то долго возился с засовом —
И кряхтел и ворчал, и не смог отворить — и ушёл.
И огромный этап не издал ни единого стона,
Лишь на корточки вдруг с онемевших колен пересел.
Здесь малина, братва, — оглушило малиновым звоном!
Всё вернулось на круг, и распятый над кругом висел.
И апостол-старик — он над стражей кричал-комиссарил —
Он позвал кой-кого, и затеяли вновь отворять…
Кто-то палкой с винтом, поднатужась, об рельсу ударил —
И как ринулись все в распрекрасную ту благодать!
Я узнал старика по слезам на щеках его дряблых:
Это Пётр-старик — он апостол, а я остолоп.
Вот и кущи-сады, в коих прорва мороженых яблок…
Но сады сторожат и стреляют без промаха в лоб.
Всем нам блага подай, да и много ли требовал я благ?!
Мне — чтоб были друзья, да жена — чтобы пала на гроб,
Ну, а я уж для них наворую бессемечных яблок…
Жаль, сады сторожат и стреляют без промаха в лоб.
В онемевших руках свечи плавились, как в канделябрах,
А тем временем я снова поднял лошадок в галоп.
Я набрал, я натряс этих самых бессемечных яблок —
И за это меня застрелили без промаха в лоб.
И погнал я коней прочь от мест этих гиблых и зяблых,
Кони — головы вверх, но и я закусил удила.
Вдоль обрыва с кнутом по-над пропастью пазуху яблок
Я тебе привезу — ты меня и из рая ждала!
1977 г.

[cote d'Ivoire]

Топочут дни, как пьяные слоны,
Транжирит жизнь свои грома и молнии,
А мне б сейчас стаканчик тишины,
Бокал молчанья, стопочку безмолвия…

Вадим Шефнер

[Козадереза]

Господь рассвет провозгласил,
А есть ли силы — не спросил,
А есть ли силы на лучистый,
Просторный день, на луг росистый,
На то, чтоб поле перейти
Не торопясь, и по пути
То наблюдать за облаками,
То разводить беду руками.

Лариса МИЛЛЕР

---------- Сообщение добавлено 30.07.2026 в 07:15 ----------

От моря пахнет гвоздикой,
А от трамвая как будто кожей.
Сегодня, ей-богу, не дико
Ходить с улыбкой на роже.

Пусть скажет, что я бездельник,
Вот тот симпатичный дворник,
А мне всё равно: понедельник
Сегодня там или вторник...

Во рту потухший окурок,
А в сердце радость навеки.
С табачной вывески турок
Прищурил толстые веки.

Смеяться? Сказать? — кому бы,
Кому в глухое оконце?
Солдаты прошли, и на трубах
Кричало о счастье солнце...

А сверху, чтоб было жарче,
С балкона, где мопс на цепочке,
Осколком зеркала мальчик
Солнце разорвал на кусочки.

Юрий Олеша

[Шарки]

Яков Григорьевич Гольдфедиб


Я хочу, чтобы люди летали, как птицы,
Куда хочешь лети - чрез любые границы,
Хочешь - близко или в дальние страны
Через реки и горы, моря, океаны.

Я хочу, чтобы люди жили как братья,
Чтобы люди друг другу раскрывали объятья,
Чтобы не было зависти, не было злости,
Чтобы люди друг к другу летали лишь в гости.
Чтобы не было голода, войн и ненастий,
Чтоб для всех и везде было только лишь счастье.

[Козадереза]

Август — астры,
Август — звёзды,
Август — грозди
Винограда и рябины
Ржавой — август!

Полновесным, благосклонным
Яблоком своим имперским,
Как дитя, играешь, август.
Как ладонью, гладишь сердце
Именем своим имперским:
Август! — Сердце!

Месяц поздних поцелуев,
Поздних роз и молний поздних!
Ливней звёздных —
Август! — Месяц
Ливней звёздных!

Марина Цветаева