Одесса: 8°С (вода 9°С)
Киев: 2°С
Львов: 9°С

"... Я люблю, и значит - я живу!"

Мы редко ценим поистине важных для нас людей...

Оценить эту запись
Мой любимый отрывок...перечитывала его миллион раз..."Держи меня крепче" Т.Полякова

"...В кабинете мне не сиделось, и, прихватив пальто, я отправилась на улицу. Дошла до ближайшего сквера, устроилась на скамейке, щурясь на ласковом солнышке. На смену злости вдруг пришла уверенность, и, странное дело, на душе стало спокойно. До тех пор, пока я не повернула голову. По аллее ко мне шел Саша, куртка нараспашку, на лице улыбка, очевидно, погода его тоже радовала.
– Привет, – сказал он, садясь рядом, снял темные очки и повертел их в руках.
– Ты здесь? – спросила я глупо, конечно, здесь, если сидит рядом.
– Ага. Зализывал раны. Теперь вот в дорогу собрался. С собой не зову. Так что давай прощаться.
– Прощай, – кивнула я.
Он посмотрел на меня и засмеялся.
– А знаешь, ты права, ничего бы у нас с тобой не вышло. В тебе есть что-то такое, что меня ужасно раздражает. Вот просто убил бы, ей-богу. Как сейчас, например.
– Почему сейчас?
Он помолчал и махнул рукой.
– Долго рассказывать. А у тебя есть новости?
– О чем ты? – насторожилась я.
– Как же… ты ведь вчера была в поликлинике. Какой тебе срок поставили? Месяц? – Он надел очки, и теперь я не видела его глаз. – А знаешь, ребенок, скорее всего, мой. Я даже уверен, что мой. По-моему, это справедливо. Как считаешь? Он отнял у меня любимую женщину, а я в знак большой признательности… чего ты язык проглотила? – усмехнулся Саша. – Все честно. Из-за меня он лишился сына, а теперь благодаря мне его получит.
– Ты… – только и смогла произнести я.
– Я немного приврал, – кивнул Саша, отвечая на мой не заданный вопрос. – На самом деле, я приехал туда ночью. Ты была в жутком состоянии, и я здорово перепугался, пока не нашел эту ампулу. Ты разговаривала со мной. Наверное, была уверена, что все это не взаправду, и много чего наговорила. И плакала. Я знаю только один способ утешить женщину. Ей-богу, ты была не против. Господь тоже, судя по тому, что произойдет через восемь месяцев. Забавно, если ребенок будет похож на меня. Что скажет твой Тагаев? Впрочем, он ничего не скажет. Стиснет зубы и будет молчать. Он у нас такой…
– Ты… – повторила я, не узнавая своего голоса.
– Только глупостей не болтай, ладно? – усмехнулся Саша. – Аборт ты делать не станешь. Во-первых, не рискнешь, ты же так хотела ребенка… во-вторых, как ты объяснишь свое решение мужу? Нет, милая, тут без вариантов.
Я вспомнила, что вчера кричала в трубку, захлебываясь от счастья, едва выйдя из поликлиники и не дождавшись того момента, когда мы встретимся с Тимуром. Торопилась сказать ему… а теперь, теперь все рухнуло. Все мое глупое счастье, глупое, потому что…
«За что, Саша?» – хотела спросить я, а вместо этого сказала:
– Что б ты сдох, сволочь.
Он нашел мою ладонь и больно сжал.
– Я уйду сейчас, и мы больше никогда не увидимся. Если только в другой жизни. Может, в другой жизни все будет иначе? Вот бы повезло… Он будет хорошим отцом, я знаю. Гораздо лучшим, чем я. И если этот ребенок мой, если он или она, неважно… значит, в моей гребаной жизни есть смысл. Знаешь, о чем я думал, когда валялся в лесу? Вот предстану перед господом, и он спросит: «Что ж ты хорошего сделал, а?» И я смогу ответить только одно: «Господи, я подарил ей собаку…» – Лукьянов вздохнул, а потом засмеялся. – Все правильно. Все так, как надо. Ты с ним, а я ухожу. Я понятия не имею, как стану жить без тебя, но не сомневаюсь, что счастливо. И даже если это его ребенок, я все равно буду думать, что мой. Мне надо знать, что все было не напрасно и… чего-то я разболтался. – Он улыбнулся и выпустил мою ладонь. – Если ты сама ему не скажешь, он не узнает. От меня-то уж точно. – Саша поднялся. – Целовать тебя на прощание я не буду, тут по кустам народ шарит, не стоит тебя компрометировать. Прощай, мой отважный котенок.
– Саша… – испуганно начала я, оглядываясь.
– За меня не беспокойся. Я уйду. Родится девочка, назови ее Аней, так звали мою мать. А пацана Тагаев пусть сам называет, чем меньше у парня будет от меня, тем лучше.
Он махнул рукой и быстро зашагал к дороге. Со стороны аллеи показались двое мужчин, Саша как раз шагнул с тротуара, я хотела окликнуть его, но он быстро сделал несколько шагов, на мгновение его скрыл проходящий автобус, а когда он проехал, Саша исчез. Просто исчез. Как будто его и не было никогда в моей жизни.
– Прощай, – пробормотала я и еще долго сидела на скамье, наблюдая за голубями. Я должна сказать Тимуру. Должна? А если ребенок… если это его ребенок? Я поднялась и пошла по аллее, забыла сумку, вернулась… Если я скажу, то потеряю все… Мне есть что терять. Я не хочу, не хочу…
Зазвонил мобильный, и я с ужасом увидела имя мужа на дисплее. И ответила:
– Да.
– Ты на работе?
– Гуляю в парке, – с трудом произнесла я. – Погода хорошая.
– У тебя все в порядке?
– Конечно. Я… я просто…
– Оля, – позвал он. – Я тебя люблю. Что бы с нами ни случилось, я тебя люблю. И я знаю, что ты любишь меня. Если ты со мной, я счастлив. Ты поняла?
– Да. Спасибо тебе. – Я убрала телефон и стиснула рот рукой, пытаясь успокоиться.
Я вышла к универмагу, остановила такси и поехала домой. Водитель включил радио, я не прислушивалась к песне, пока вдруг не узнала ее. И, отвернувшись к окну, закрыла глаза, а потом улыбнулась. «Но я верю, мы умрем, чтобы встретиться опять, и по улицам пройти, и друг друга не узнать». Прощай, Саша. Где-нибудь далеко-далеко ты обретешь покой, я очень надеюсь на это. А у меня все будет хорошо. Все будет… На следующий день, вернувшись с деловой встречи, которая изрядно меня вымотала, я вошла в свой кабинет. Надоедливо звонил телефон. Это была Ритка.
– У меня есть новость, правда, не знаю, как она тебе покажется… Если стоишь, лучше сядь на всякий случай.
– Валяй свою новость, – хмуро бросила я.
– Корзухин вчера не вышел на работу. Ему весь день звонили, короче, сегодня его нашли в собственном бассейне. К Деду пока лучше не соваться, так что заляг на дно и не подавай признаков жизни.
– Корзухина что, убили? – опешила я.
– Ну, может, он сам руки на себя наложил, от большой тоски по жене и дочери. Муж у тебя чокнутый, – добавила Ритка невпопад и повесила трубку.
– Муж, – пробормотала я. – О господи… – Я едва не заорала в голос. – Что ты наделал? Ты же обещал… ты же сказал… Господи, ну что изменит это убийство? Зачем? Сукин ты сын… По-твоему, я этого хотела?
Я схватила мобильный и набрала номер Тимура.
– Ты в «Шанхае»? – спросила резко.
– Да. А в чем дело? – насторожился он.
– Я сейчас приеду, надо поговорить.
Забыв про пальто, я бросилась из кабинета. На стоянке какой-то придурок подпер мою машину, я матерно выругалась и побежала ловить такси. На это ушло минут десять, и я немного успокоилась. Должно быть, Тимур решил, что это убийство меня порадует. Он и вправду сумасшедший… Телефон пискнул, пришло сообщение. «Считай это моим скромным вкладом в дело мировой гармонии», – прочитала я. Без подписи. Я покачала головой, усмехнулась и опять покачала головой.
– Приехали, – сказал водитель, тормозя возле ресторана. Я расплатилась и направилась к дверям.
Тимур ждал меня в своем кабинете.
– Ну так в чем дело? – спросил он, приглядываясь ко мне. Я улыбнулась, повернула ключ в замке и сказала:
– Просто не хватило сил дождаться вечера."

Отправить "Мы редко ценим поистине важных для нас людей..." в Digg Отправить "Мы редко ценим поистине важных для нас людей..." в del.icio.us Отправить "Мы редко ценим поистине важных для нас людей..." в StumbleUpon Отправить "Мы редко ценим поистине важных для нас людей..." в Google

Обновлено 02.11.2010 в 02:22 Mariha

Категории
книги

Комментарии

  1. Pheobe -
    Аватар для Pheobe
    Читаю, аж муражки по коже.......
  2. Mariha -
    Аватар для Mariha
    Перечитывала этот отрывок более 20 раз...мне кажется...я знаю его наизусть, но при этом по прежнему читая его чувствую дрожь...