Одесса: 6°С (вода 8°С)
Киев: 2°С
Львов: -3°С

freeride

Владимир Маяковски

Оценить эту запись
Чудовищные похороны
Мрачные до черного вышли люди,
тяжко и чинно выстроились в городе,
будто сейчас набираться будет
хмурых монахов черный орден.
Траур воронов, выкаймленный под окна,
небо, в бурю крашеное, -
все было так подобрано и подогнано,
что волей-неволей ждалось страшное.
Тогда разверзлась, кряхтя и нехотя,
10 пыльного воздуха сухая охра,
вылез из воздуха и начал ехать
тихий катафалк чудовищных похорон.
Встревоженная ожила глаз масса,
гору взоров в гроб бросили.
Вдруг из гроба прыснула гримаса,
после -
крик: "Хоронят умерший смех!" -
из тысячегрудого меха
гремел омиллионенный множеством эх
20 за гробом, который ехал.
И тотчас же отчаяннейшего плача ножи
врезались, заставив ничего не понимать.
Вот за гробом, в плаче, старуха-жизнь, -
усопшего смеха седая мать.
К кому же, к кому вернуться назад ей?
Смотрите: в лысине - тот -
это большой, носатый
плачет армянский анекдот.
Еще не забылось, как выкривил рот он,
30 а за ним ободранная, куцая,
визжа, бежала острота.
Куда - если умер - уткнуться ей?
Уже до неба плачей глыба.
Но еще,
еще откуда-то плачики -
это целые полчища улыбочек и улыбок
ломали в горе хрупкие пальчики.
И вот сквозь строй их, смокших в один
сплошной изрыдавшийся Гаршин,
вышел ужас - вперед пойти -
весь в похоронном марше.
Размокло лицо, стало - кашица,
смятая морщинками на выхмуренном лбу,
а если кто смеется - кажется,
что ему разодрали губу
1915г



И небо,
в дымах забывшее, что
голубо,
и тучи, ободранные
беженцы точно,
вызарю в мою последнюю
любовь,
яркую, как румянец у
чахоточного.
Радостью покрою рев
скопа
забывших о доме и уюте.
Люди,
слушайте!
Вылезьте из окопов.
После довоюете.
Даже если,
от крови качающийся, как
Бахус,
пьяный бой идет -
слова любви и тогда не
ветхи.
Милые немцы!
Я знаю,
на губах у вас
гётевская Гретхен.
Француз,
улыбаясь, на штыке мрет,
с улыбкой разбивается
подстреленный авиатор,
если вспомнят
в поцелуе рот
твой, Травиата.
Но мне не до розовой
мякоти,
которую столетия выжуют.
Сегодня к новым ногам
лягте!
Тебя пою,
накрашенную,
рыжую.
Может быть, от дней этих,
жутких, как штыков
острия,
когда столетия выбелят
бороду,
останемся только
ты
и я,
бросающийся за тобой от
города к городу.
Будешь за море отдана,
спрячешься у ночи в норе
-
я в тебя вцелую сквозь
туманы Лондона
огненные губы фонарей.
В зное пустыни вытянешь
караваны,
где львы начеку,-
тебе
под пылью, ветром
рваной,
положу Сахарой горящую
щеку.
Улыбку в губы вложишь,
смотришь -
тореадор хорош как!
И вдруг я
ревность метну в ложи
мрущим глазом быка.
Вынесешь на мост шаг
рассеянный -
думать,
хорошо внизу бы.
Это я
под мостом разлился
Сеной,
зову,
скалю гнилые зубы.
С другим зажгешь в огне
рысаков
Стрелку или Сокольники.
Это я, взобравшись туда
высоко,
луной томлю, ждущий и
голенький.
Сильный,
понадоблюсь им я -
велят:
себя на войне убей!
Последним будет
твое имя,
запекшееся на выдранной
ядром губе.
Короной кончу?
Святой Еленой?
Буре жизни оседлав валы,
я - равный кандидат
и на царя вселенной,
и на
кандалы.
Быть царем назначено
мне -
твое личико
на солнечном золоте
моих монет
велю народу:
вычекань!
А там,
где тундрой мир вылинял,
где с северным ветром
ведет река торги,-
на цепь нацарапаю имя
Лилино
и цепь исцелую во мраке
каторги.
Слушайте ж, забывшие,
что небо голубо,
выщетинившиеся,
звери точно!
Это, может быть,
последняя в мире любовь
вызарилась румянцем
чахоточного

Отправить "Владимир Маяковски" в Digg Отправить "Владимир Маяковски" в del.icio.us Отправить "Владимир Маяковски" в StumbleUpon Отправить "Владимир Маяковски" в Google

Категории
Без категории

Комментарии