Одесса: 6°С (вода 9°С)
Киев: 1°С
Львов: -1°С

Мишель Von Nemirov!

КИНОЛОГИ-ЛЕГЕНДЫ. Из истории кинологии.

Оценить эту запись
Как ни странно, очень небольшое количество источников упоминает о собаководах нашего времени,А такие люди были и есть.
Постараемся восполнить этот пробел и напомним несколько известных фамилий: А.П. Мазовер, Д.С. Волкац, П.А. Заводчиков, С.Б. Малютин, В.В. Колосовский.

Мы расскажем о людях, которые большую часть своей жизни посвятили собакам. И неважно, кем они были по профессии, главное — у них была любовь к собакам разных пород, живой интерес к экспертизе и разведению собак. Эти люди принимали активное участие в различных кинологических мероприятиях: собачьих выставках и соревнованиях; семинарах, нередко с горячими спорами; веселых поездках куда угодно, если это — ради собак; и обязательно — в принятии экзаменов по ОКД и ЗКС. Причем все это зачастую делалось бесплатно, оплачивалось только само судейство (эти суммы мы называли «проездными», ибо их хватало лишь на то, чтобы оплатить проезд из одного конца города в другой, или, в лучшем случае — электричку). Но, как ни странно, никого это особенно не расстраивало.
В те не очень далекие времена (какие-то двадцать-тридцать лет назад) собаководы еще не пытались наживаться на клиентах и коллегах, к получению взяток отношение было отрицательным. Нельзя сказать, что все были кристально чисты и честны. Люди есть люди. Но из всех кристально чистых хочется выделить несколько полузабытых фамилий.
Мазовер Александр Павлович
Мы называли его Сан Палыч, но с оттенком уважения и любви. О нем ходили легенды. С ним спорили в глаза и сплетничали за спиной, но никто не говорил о нем с пренебрежением, даже недоброжелатели.
Помимо того, что он был экспертом по всем породам собак (мы даже с гордостью называли его «главным кинологом Советского Союза», хотя такого звания не существовало), он написал множество книг по собаководству, читал лекции в Ветеринарной Академии на кафедре генетики и разведения — это был так называемый «вне-факультатив», закончив который, курсант получал право заниматься разведением собак и становился экспертом. Многие наши коллеги были его учениками, окончили эти курсы и продолжают работать в кинологии. Кстати, этот факультатив был бесплатным, но надо было целый год ездить в «Скрябинку» (Ветеринарная Академия им. К.И. Скрябина). Многие посещали эти лекции, несмотря на занятость. Именно Сан Палыч добился открытия этих курсов.
Парадокс того времени — были собаки, были площадки для дрессировки, были и собаководы, а вот профессии «кинолог» не было. Но неизвестно, что хуже: заниматься любимым делом, считаясь «тунеядцем», или, как происходит в нынешнее время, окончив краткосрочные курсы, которые читает любой, называющий себя специалистом, становиться не кинологами, а этакими VIP-персонами, умеющими «делать деньги», о собаках осведомленными на уровне учеников начальных классов средней школы.
Разговоры о том, чтобы включить кинологию в перечень профессий, велись давно, но в советские времена это не было осуществлено (как и теперь). Попытка Сан Палыча легализовать нашу работу, предоставив возможность обучения в одном из ВУЗов Москвы, была одним из первых шагов в этом направлении. Читал он лекции замечательно, увлекаясь сам и увлекая своих слушателей.
Всю нашу огромную страну он изъездил, осматривая поголовье собак разных пород; бывал и за рубежом. Конечно, по персональному приглашению, в основном в Чехословакии и Восточной Германии. Но для большинства из нас и эти поездки были малодоступны.
Слишком многое в советском, а теперь российском собаководстве связано с именем С.П. Мазовера. В чем-то он, возможно, бывал не прав, в чем-то ошибался, но разве в этом дело? Когда этого человека не стало, проводить его в последний путь собрались и ученики, и члены Клуба служебного собаководства, и «охотники». Присутствовали люди и из созданного по его инициативе так называемого МГОЛС — Московского Городского клуба любителей собаководства, приехало очень много военных.
Важно помнить, что один из ведущих советских кинологов А.П. Мазовер прошел всю Великую Отечественную войну, командуя батальоном минорозыскных собак, а до этого руководил подразделением собак-истребителей танков. И отблеск славы воинов-победителей пал на него, как и на других собаководов, также воевавших на различных фронтах Великой Отечественной Войны.
Волкац Диана Соломоновна
После смерти А.П. Мазовера автор несколько раз заезжал к его вдове, а после окончания курсов и сдачи экзаменов стал ездить туда регулярно. Трудно объяснить, для чего это делалось. Никакими чинами и званиями Диана Соломоновна не обладала, а вот воспитать могла любого.
Собаками Диана Соломоновна начала заниматься давно, еще до войны. Жила она в Харькове, где и стала инструктором служебного собаководства. В один из предвоенных годов именно харьковская команда выиграла Всесоюзные соревнования, которые проходили в Москве.
В 1941 году ее, женщину, призвали с первого курса Харьковского театрального института на фронт, так как «инструктор служебного собаководства» — профессия военная. И начала она обучать призывников обращаться с собаками, также призванными на военную службу. Это правда, собак действительно призывали. Мать автора рассказывала, что видела, как девочка пришла в военкомат с огромной овчаркой, а вышла без нее, в слезах. На собаку пришла повестка, и свою родную собаку приходилось отдавать на нужды армии.
По словам Дианы Соломоновны, трудно было работать с малограмотными людьми, пришедшими воевать и попавшими на выучку к девчонке, да еще и обучать их ухаживать за собаками. Большинство ее «учеников» привыкло к тому, что собака сидит на привязи у дома и лает из-под забора, а тут «какие-то» рефлексы, да еще и ударить не смей. Но слушались, ведь она получила воинское звание младшего лейтенанта, а они были рядовыми.
Легче стало, когда к ней пришли на обучение пограничники, которые сами были профессионалами. Диана Соломоновна рассказывала, что служба собак — подрывников танков себя слабо оправдывала. Случалось, что во время боя вместо того, чтобы бросаться со взрывчаткой под танк, собака бежала искать помощи у проводника.
Слишком тонкая организация нервной системы собак позволяла находить им другое применение. Их начали обучать минно-розыскному делу.
И в этой работе собаки проявили себя замечательно. Но началась жесткая отбраковка, ведь в таком деликатном деле необходимы собаки чрезвычайно спокойные, даже невозмутимые, и с хорошим чутьем. Годились все породы, но предпочтение отдавалось все же немецким овчаркам (после окончания войны название породы поменяли на «восточноевропейская»). Отбракованных собак не расстреливали, а дарили летчикам. А.П. Мазовер пытался однажды уговорить даже комдива взять одну из таких собак.
Думается, что дрессировщиком Диана Соломоновна была необыкновенным, так как в батальоне у А.П. Мазовера именно она ведала дрессировкой, и в их батальоне за всю войну было всего два случая, закончившихся не очень тяжелыми ранениями. Это показатель, учитывая, что «сапер ошибается только один раз».
Собаки находили мины всегда и везде. Большую славу всем минорозыскникам принес рыжий пес неизвестной породы (дворняжка), обладавший отличным чутьем и прекрасным характером.
Вот один из примеров. Наши войска отбили у немцев позиции, и в оставленных врагом землянках и блиндажах стали спешно оборудовать помещение для командира армии и штаба. Так как немцы частенько оставляли различные «сюрпризы» в виде мин, для проверки помещений обычно пускали специально обученных собак (минорозыскные собаки были далеко не на всех фронтах, в большинстве случаев проверка производилась при помощи миноразыскателя и штыря). В блиндаж, где должен бал находиться командующий, пустили рыжего пса (неофициально его звали «профессор Рыжий», подлинная кличка автору, к сожалению, неизвестна). Собака что-то учуяла, и проводник тут же доложил об этом Диане Соломоновне. Последовал четкий приказ: «Разобрать стену!». А ее только построили! Но Диана Соломоновна умела приказывать. Стену разобрали, а за ней обнаружили гранату. Конечно, это не мина, но если бы в проем между двумя стенами, где находилось окно, попала искра от папиросы или горящая спичка — все могло бы взлететь на воздух вместе с командующим. После этого случая в батальон стали приходить целые делегации с просьбой «показать собачку».
Джульбарс (личная собака Дианы Соломоновны) мог бы иметь звание академика. Он был обучен своей хозяйкой всем видам служб, которые тогда только существовали. После окончания войны Джульбарс даже снялся в фильме «Белый Клык». Эта невидная собака, не обладавшая блестящим экстерьером, прошла всю войну и вернулась домой.

Отправить "КИНОЛОГИ-ЛЕГЕНДЫ. Из истории кинологии." в Digg Отправить "КИНОЛОГИ-ЛЕГЕНДЫ. Из истории кинологии." в del.icio.us Отправить "КИНОЛОГИ-ЛЕГЕНДЫ. Из истории кинологии." в StumbleUpon Отправить "КИНОЛОГИ-ЛЕГЕНДЫ. Из истории кинологии." в Google

Обновлено 29.05.2011 в 14:52 мишель платини

Категории
Без категории

Комментарии